Колония смертников «Полярная сова».

Почти на самом краю Земли, в царстве вечной мерзлоты, где, кажется, остановилось даже время, находится российская колония «Полярная сова». Здесь отбывают пожизненный срок маньяки, жестокие убийцы, педофилы и террористы.

За все время существования «Полярной совы» (ей исполняется 35 лет) ни одному ее узнику не удалось ни сбежать, ни освободиться. Путь отсюда один — на кладбище.

Поселок Харп (в переводе с хантыйского означает "Северное сияние") расположен в Ямало-Ненецком округе. Чтобы добраться сюда от Москвы на поезде, потребуется больше двух суток.  От материка "Северное сияние" отделяет могучая Обь. Большую часть года попасть в посёлок можно лишь на вертолёте или судне на "воздушной подушке". Если бы какому-то безумному осуждённому удалось сбежать (хотя в вечной мерзлоте даже подкоп не сделаешь!), он вряд ли бы смог преодолеть эту преграду. Не говорю уже о том, что ему пришлось бы пройти пешком 50 км по тундре.

Зимой здесь холодает до минус 40-60, а лето длится всего месяц. Одним словом, лучшего места тюрьме для особо опасных преступников, пожалуй, на всей планете не сыщешь.

А сейчас здесь 330 пожизненно осужденных, на руках которых кровь десяти тысяч людей (в среднем на каждом по 10 трупов, но есть и такие, на ком по 100 и даже 300).

Что было бы, если они разом вырвались на свободу? Как мечтательно скажет мне потом в беседе битцевский маньяк Пичушкин: «Первым делом я убил бы для снятия стресса парочку людей и изнасиловал несколько женщин»... Все таки спокойнее знать, что такие хоть и живы, но находятся далеко от нас, где-то за полярным кругом, и что сбежать они от туда не могут. По крайней мере за всю 35-летнюю историю «Полярной совы» (официально она открыта 3 июня 1985 года) ни одного случая удавшегося побега не было.

Помимо осужденных в Харпе живет почти 6000 человек. Почему они-то, вольные люди, застряли в этом богом забытом месте? Год стажа работы здесь идёт за два, есть северные доплаты, а отпуск длится целых два месяца. Многие жители или их родные, кстати, работают в колонии.

- Я уже 18 лет здесь, - вздыхает и. о. начальника "Полярной совы" Игорь Николаевич. – По иронии судьбы приехал из Крыма, где почти круглый год зелено и тепло, в место, где почти круглый год все бело и холодно. Но к тундре привыкаешь и даже постепенно влюбляешься...

В самом посёлке разруха и нищета, кругом покосившиеся дома и разбитые дороги, и только магазинчики с вывесками "Вино" выглядят прилично. Если бы не колония, о Харпе вообще вряд ли кто знал бы. Она - главная и единственная достопримечательность, с неё, собственно, и сам посёлок начался.

- Тут везде был пустырь, - рассказывает ветеран службы Сергей Короткевич. - А потом на уровне ЦК было принято решение об освоении тундры Ямало-Ненецкого округа.

- Первым делом сюда отправили заключенных, чтобы те строили в этом суровом краю железную дорогу, - вспоминает еще один старожил Харпа Виктор Шелешов. - Для них и создали лагерь. В основном сюда направляли преступников- рецидивистов. Но был, к примеру, один танкист, который прошел всю войну, а в Берлине мародерствовал, за что и получил огромный срок.  А вообще арестанты тогда были сознательные, трудолюбивые. По соседству с колонией стоял завод железобетонных конструкций, там они с утра до ночи и вкалывали. На приветствие отвечали: «Служу трудовому народу!»

Страха тогда не было у сотрудников. Я один в те годы выводил сразу по 80 человек и не боялся, что они сбегут или нападут. А сейчас одного заключенного ведут по двое-трое конвоиров! Мы в те годы и спецсредств не применяли, старались объяснить все по-хорошему. А осужденные нам знаете, что говорили? «Вы такие же как мы, с нами вместе сидите в этой тюрьме, только домой спать уходите».

Колонией для осуждённых к пожизненному сроку «Полярная сова» стала по сути с 2004-го года.Специально для «самых тяжелых» арестантов построили четыре двухэтажных корпуса на отдельной территории. Кто строил? Да зэки и строили. Одни заключенные возводили тюрьму для других...

СПРАВКА МК: «Колония разделена на три части: в одной отбывают наказание приговорённые к строгому режиму (около 300 человек), в другой - пожизненно осуждённые (всего 330), а третья это колония-поселение (порядка 100)».

На территорию, где сидят ПЛС (к этой аббревиатуре не сразу привыкаешь, но здесь ее используют все, и означает она «пожизненно лишенные свободы») до сих пор не попадал ни один пишущий журналист. О ней нет ни одной статьи в газете. Но зато про нее ходят самые ужасные слухи.

Даже отъявленные злодеи, прошедшие через десятки лагерей, говорили, что пережить можно что угодно, но только не «Полярную сову». В неофициальном рейтинге самых страшных тюрем России ее поместили на первое место. Несколько лет назад один из арестантов этой тюрьмы передал письмо (оно опубликовано в интернете), где рассказывал страшные вещи. К примеру, что на заключенных здесь натравливают овчарок, что бьют за малейшую оплошность резиновыми палками, что в туалет выводят по графику, что на еду отводится ровно 5 минут и человек берет ровно столько пищи, сколько может за раз запихнуть себе в рот…

В "Полярной сове" три таких “новомодных” камеры, в одной из них содержится печально известный майор Денис Евсюков, расстрелявший людей в супермаркете (двое убитых, семеро раненых). Еврокамеры - для самых примерных заключенных. Евсюков именно такой. За все время нахождения здесь не получил даже ни одного замечания.

…Осужденный Евсюков становится лицом к стене, потом по команде поворачивается, резким и четким, доведенным до автоматиза движением широко разводит руки в стороны и растопыривает пальцы. Так полагается - чтобы сотрудники видели, что в руках у него ничего нет. Человек с растопыренными пальцами выглядит одновременно смирённым и безмерно одиноким.

- Как вам здесь?  - Все хорошо.

- Есть ли жалобы, просьбы?  - Всего достаточно. Жалоб нет.

- Ну а что можно было бы изменить, на ваш взгляд, чтобы облегчить участь всех осужденных?  - Чтобы длительные свидания с близкими были... Но общество считает, что мы опасны.

- И близкие так считают?  - Близкие не считают...

На этом разговор с майором Евсюковым заканчивается. Прессу он не жалует. То ли что-то скрывает (в определенных кругах гуляет мнение, что обществу не сказали и половины правды об обстоятельствах расстрела людей в супермаркете «Остров»), то ли просто боится быть слишком откровенным.

По закону осужденные к пожизненному заключению имеют право на телефонные звонки и длительные свидания только по истечении 10 лет. Именно эту норму пыталась оспорить недавно в Европейском суде по правам человека жена одного из “постояльцев” тюрьмы, обвиненного в терактах на Черкизовском рынке Николая Королева. ЕСПЧ ее поддержал и постановил, чтобы администрация “Полярной совы” пересмотрела свой отказ Веронике Королевой в длительных свиданиях с мужем. Но свидания так ей и не дали.

-Я не знаю, как быть, - говорит начальник. –Я же не могу нарушить закон. А изменения в него никто ведь с момента решения ЕСПЧ не внес.

Королевы продолжают бороться за длительные свидания, для них это борьба еще и за продолжение рода: Вероника хочет забеременеть, а сделать это во время краткосрочного свидания (участников разделяет стекло) невозможно. Такой проблемы у жены майора Евсюкова нет: дети в семье появились задолго до преступления. Супруга Евсюкова, кстати, по словам его сослуживцев, ждет мужа, пишет письма, но на краткосрочные свидания к нему не ездит. А вот отец Евсюкова в “Полярной сове” частый гость.

- Плохо, когда у осужденного вообще нет родных, но еще хуже, когда они от него отказались после приговора, - говорит психолог «Полярной совы» Алевтина. - А чего всего именно так и происходит. Близкие решают, что не могут ждать без надежды, и вычеркивают человека. А в сто раз хуже, когда родные не могут простить за совершенное преступление и проклинают. Так поступают даже любящие матери.

Алевтина — добрая фея «Полярной совы». Много лет она выслушивает стоны и вытирает слезы тем, кто не достоит никакой жалости. - Я много лет пытаюсь понять истоки зла, - говорит Алевтина. - Пришла к выводу, что причина всех злодеяний, что совершили эти люди - гордыня. Многие убивали, чтобы доказать другим свою власть, продемонстрировать свою силу. И пока человек не победит гордыню, он не почувствует раскаяния.  Один известный арестант (просил не назвать своего имени) уверяет меня, что напрямую общался с Богом:

- Я спросил его: «За что?». А он мне ответил: «Потому что ты был свободен в своем выборе». Я воскликнул: «Зачем мне такая свобода, которая принесла столько горе людям и мне?». А он ответил на это: «Если бы не было свободы, ты никогда не был бы счастлив. Свобода дает тебе выбор — быть счастливым или отказаться от этого».

А вообще ПЛС много молятся. Тюрьма, как кто-то верно заметил, то самое место, где дьяволы учатся молиться. “Прописанных” в Полярной совы это касается больше других. Сколько было случаев, когда осужденные кричали по ночам от кошмаров, когда жаловались психологу, что видят галлюцинации (стекающие со стен и потолков камер реки крови). Но начинали по совету священников молиться, и видения, по их словам, отступали…

- На днях один мне рассказал, что к нему «пришли» двое убитых им женщин, - говорит психолог «Полярной совы» Алевтина. - Он с ними якобы долго разговаривал, и в конце концов они его простили. Но я бы не стала слишком доверять всем подобным рассказам. В действительности искренне раскаиваются в содеянном единицы осужденных. Остальные даже религию используют как возможность получить какие-то преференции. Почти в каждой камере вы найдете список церквей и приходов, куда они пишут ежедневно. А все для того, чтобы оттуда им прислали деньги или продукты. К поиску веры это не имеет никакого отношения. Увы.

Конец арестантов "Полярной совы" печален. Об их смерти обязательно сообщают родным, но те редко когда забирают тело. Да и сами обычно не приезжают, чтобы хотя бы просто попрощаться. Так что хоронят осужденных обычно на поселковом погосте, где им отвели отдельный участок.

Последнее пристанище осужденных «Полярной совы».

Останки кладут в деревянный гроб, сделанный осуждёнными, затем опускают в неглубокую могилу, вырытую в вымерзшей земле...

Арестанты построили эту тюрьму и они же провожают в последний путь своих собратьев, бесславно закончивших в её стенах дни. Последним, кого похоронили на погосте Харпа, был Евгений Колесников, в 2006-2007 годах вместе с сообщницей убивший шестерых жителей Соликамска во время налетов на квартиры. Он покончил с собой. Маленький холмик и деревянный крест - это все, что напоминает о нем.

Ева Меркачева

Веб-мани: R477152675762