ФЁДОРОВ Святослав Николаевич, великий человек.

Святослав Николаевич Федоров, один из выдающихся офтальмологов современности, родился 8 августа 1927 года в г. Проскурове (ныне Хмельницкий) на Украине в семье командира дивизии Красной Армии. Русский. Его отец был репрессирован в 1938 году и приговорен к 17 годам лагерей.

После окончания школы поступил в 1943 году в Ереванское подготовительное артиллерийское училище. В 1944 году переведен в 11-ое подготовительное училище ВВС, однако не смог его закончить, так как в 1945 году в результате несчастного случая потерял ступню. В 1952 году окончил в г. Ростове-на-Дону медицинский институт (РМИ).

В 1958 году защитил кандидатскую диссертацию, в 1967 году - докторскую. Работал врачом в станице Вешенская Ростовской области и г. Лысьва Свердловской области. С 1958 года заведовал клиническим отделением в Чебоксарском филиале Государственного института глазных болезней им. Гельмгольца. В 1958 г., работая в г. Чебоксары, он приступил к решению сложнейшей в медицинском и социальном аспектах проблемы — замене помутневшего хрусталика искусственным. После многогранных экспериментальных исследований Святослав Николаевич провел первую в СССР успешную имплантацию интраокулярной линзы, открыв тем самым новое направление в науке. Последующие десятилетия доказали перспективность выбранного им научного направления. Только в России С. Н. Федоровым и его учениками проведено около 1,5 млн. таких операций.

В 1961 г. С. Н. Федоров возглавил кафедру глазных болезней Московского медицинского стоматологического института и проблемную лабораторию по имплантации искусственного хрусталика. Сейчас трудно себе представить обстановку в офтальмологии того времени. Офтальмологи разных стран после неудачных попыток применить искусственный хрусталик начали отказываться от этой практики. Съезды глазных хирургов, печатные издания пестрили выступлениями с жесткой критикой самой мысли о возможном применении искусственного хрусталика в хирургической практике.

Тем не менее С. Н. Федоров шел против течения и разработал такую технику операции, такие модели искусственных хрусталиков, которые не оставили и камня на камне от критики оппонентов. В то время Федоров был единственным хирургом в мире, который сделал доклад на небольшой конференции в Европе о своем опыте применения 200 искусственных хрусталиков. Сразу после этого он стал ведущим хирургом Международного клуба имплантологов и являлся им до конца своих дней.

Тогда сообщение произвело революцию в хирургии катаракты. В настоящее время в мире имплантируется 2 млн. искусственных хрусталиков в год. Если бы не настойчивость Святослава Николаевича, сегодняшняя наука находилась бы на уровне 75–ого года.

Федорову удалось не только придумать способ операции и модели искусственных хрусталиков, но и организовать производство последних в Москве. Известно, что в застойные годы это стоило огромных усилий. Только благодаря этой титанической работе тысячи советских граждан получили возможность лечиться в соответствии с самыми современными технологиями, которые западный мир еще не успел взять на вооружение. Всю свою жизнь Святослав Федоров отдает решению проблем связанных с лечением катаракты. Его гениальные изобретения в области хирургии, новых материалов, новых искусственных хрусталиков до сих пор будоражат весь мир.

В это же время С. Н. Федоров одним из первых начал внедрять операции при помощи лазеров, в которые тогда никто не верил. В его клинике появился первый в стране отдел лазерной хирургии, арсенал которого пополнялся и пополняется каждый год новыми лазерными установками и современнейшими операциями.

В 1980 г. на базе НИИ микрохирургии глаза создан МНТК «Микрохирургия глаза» с филиалами в 11 крупных промышленных городах России, а С. Н. Федоров назначен генеральным директором. В 1984 г. был создан эксимерный лазер, который успешно применен при 25000 операций. Технология рефракционных операций, разработанная С. Н. Федоровым и получившая распространение во многих странах мира, позволила более чем 12 миллионам людей избавиться от очков, обрести радость труда, счастье общения с природой и занятий спортом.

Святослав Николаевич Федоров дал импульс сразу нескольким основополагающим направлениям, без которых немыслима современная офтальмология. Его фундаментальные труды в области имплантологии, кератопротезирования, глаукомы, атрофии зрительного нерва, витреоретинальной и лазерной хирургии стали классикой мировой офтальмологии. С. Н. Федоров произвел подлинную революцию в офтальмологии. Из скромной размеренной науки он превратил ее в яркую, бурно прогрессирующую, престижную отрасль медицины. Благодаря его достижениям Россия даже сейчас, в не лучшие для нее времена остается одним из лидеров мировой офтальмологии. Реализуя им же сформулированный принцип «Прекрасные глаза — каждому!», Святослав Федоров и его школа, сподвижники в разных странах сделали счастливыми миллионы незрячих людей. В 1994 г. на Международном конгрессе офтальмологов в Канаде С. Н. Федоров был по праву удостоен высшей профессиональной чести: признан «выдающимся офтальмохирургом XX века». Поэтому неудивительно, что итогом огромного числа научных исследований становилась разработка изобретения. Святослав Николаевич является автором 523 научных работ, 7 монографий, 234 изобретений, 108 патентов. Под его руководством выполнены и успешно защищены 86 кандидатских и 25 докторских диссертаций. Но он был не просто ученым, блестящим хирургом, талантливым организатором, творцом, подвижником. Он был яркой личностью, чья слава перешагнула национальные границы.

2 июня 2000 года Святослав Николаевич Федоров трагически погиб.
С Федоровым мы беседовали у него на работе, в институте. Там у профессора очень удобные апартаменты: кабинет, а при нем еще комната отдыха с книжными полками, картинами и охотничьими трофеями на стенах, с тренажерами и двухпудовыми гирями — и ванной.
Такое впечатление, что хозяин тут живет…
Хронический трудоголизм
— Святослав Николаевич, вы действительно живете тут?
— Нет, но времени провожу немало: ведь я трудоголик. Работа мне не в тягость: я — существо творческое, я себя ощущаю художником. Я как будто рисую картины и наслаждаюсь ими; только вместо картин у меня другое: сделанные мною дела. Их много!
Вот сейчас, например, я становлюсь адмиралом. Купил пароход “60 лет Октября”, его заканчивают переоборудовать под плавучую клинику. Беру в аренду еще одно судно — “Алексей Толстой”, приценяюсь к “Константину Симонову”.
Еще мы открываем клинику в Сан-Марино, создаем новый крупный банк и свое предприятие по переработке древесины, будем гнать ее на Запад. Кроме того, у меня сельскохозяйственное производство в Протасове — семьсот коров! Я провожу в деревню газ и канализацию. Квартиры даю сотрудникам — по двести метров общей площади. Виллы им строю — по двести пятьдесят метров. Ну, институт и операции — это само собой.
Все, что я делаю, — это такой великий социальный эксперимент: могут ли люди в России работать и жить не хуже, чем весь остальной мир?
— И какой же ответ?
— Могут, конечно. Если б только нас не грабила мафия…
— Какая именно? Их ведь много сейчас.
— Я имею в виду самую главную мафию, с которой труднее всего бороться, — у нее ведь и армия, и милиция с ОМОНом. Эта мафия хуже гангстера, который встречал бы меня каждый вечер после работы и отнимал все.
— Да, про ваше недовольство и правительством, и лично Чубайсом все знают. И все помнят, что вы отказались от кресла премьер-министра.
— Это старая история. Я с ними, с этими, работать не смог бы. Они проводят антирыночную политику. Более того, они нас грабят! У нас забрали на пять триллионов долларов собственности на земле, на двадцать триллионов под землей — забрали в революцию и до сих пор не отдают, морочат голову. (Если посчитать исходя из этих цифр, то на каждого жителя России приходится по 160 тысяч долларов. — Прим. авт.) А вместо этого дали ваучеры общей стоимостью всего полтора миллиарда долларов. Это ж копейки! Они нам отдали 0,03 процента нашей собственности и думают, что хватит.
А где остальное? Остальным распоряжаются двадцать миллионов чиновников. Никогда их столько не было! Они уже весь ЦК заняли, а сейчас и Белый дом, и бывший Дом политпросвещения, — они плодятся со скоростью клопов!
— То, что раньше называлось “диссидент”, — это вы и есть?
— Да, я диссидент. Я представитель нового класса, который возник, как это ни странно, в Америке. Это — класс общественных предпринимателей. Для такого предпринимателя главное, чтобы сначала коллектив получил максимум и только потом сам хозяин. То есть я планирую сначала сделать всех сотрудников института богатыми, а потом уже самому стать побогаче. Обыкновенный же дикий капитализм, он такой: “Я — богатый, а остальные меня не волнуют”. Но вот сейчас там, в Америке, возникло одиннадцать тысяч предприятий, где все рабочие и служащие имеют акции, — это что-то типа народного капитализма. Так у них реализуется программа ИСОП (индивидуальная собственность на орудия производства), про которую у нас даже не слышали. Ее придумали сорок лет назад, но долгое время она всерьез не воспринималась: как это так, отдать рабочим акции? Рабов сделать хозяевами? Капиталисты ведь жадные, они всегда стараются людям отдать минимум, а себе забрать максимум. Но так подрывается покупательная способность людей: товар производится, а он никому не нужен! Америка стала заходить в тупик. Тогда-то и стало ясно, что сначала надо создать платежеспособного покупателя, а потом делать для него товар, продавать и получать прибыль. Тут-то и вспомнили про ИСОП!
В Америке эта программа пошла, а у нас не идет. Я хочу отдать собственность коллективу, но не могу! Все из-за Чубайса. Он тянет время и не дает мне ответа! Пусть он скажет: доля государства в институте такая-то, коллектива — такая-то, и пусть назначит арендную плату. Если цена будет нормальная, мы согласимся. А нет, так у нас есть земля в Протасове, возьмем в банке кредит и построим себе новую клинику на своей земле. А это все оставим товарищу Чубайсу, может, он под офисы сдаст, сейчас это модно.

источник

Веб-мани: R477152675762