Донатас Банионис — изысканный ТЕЛЕЦ.

  • Донатас Юозович, когда примерно началась Ваша актерская карьера?
  • В тридцать с небольшим лет. Первую роль в кино я сыграл в 58 году, а я 24-го года рождения, значит в 34 года. Я родился в Каунасе. После начальной школы я пошел в керамическую, окончил ее в 41 году и сразу в июне приехал в Пеневежес. А 22 июня началась война.
  • А почему из керамической школы вдруг в театр?
  • А меня приняли. Мой друг здесь уже работал, он меня и рекомендовал Мильтинису, который был тогда главным режиссером Пеневежеского театра. Театр Пеневежеский был создан при советской власти в 40-м году. В июне 40 года пришли советские войска, оккупировали Литву и создали Литовскую социалистическую республику. Литва была принята в Союз Советских Социалистических Республик. И тогда было решено, что нужны бесплатная учеба, бесплатное лечение, театры, школы и т.д. А также новый театр. А Мильтинесу, поскольку он учился во Франции у Шарля Пелена и придерживался зрелых антибуржуазных взглядов, поручили создать новый театр. При советской власти был выдвинут новый лозунг- театр для рабочих. И рабочие из ремесленных училищ могли поступить в студию.
  • А что происходило в Пеневежесе в театре во время войны с Россией?
  • Немцы были, а мы играли. Мы  считали, что Литва была не оккупирована, а освобождена от большевиков, и Гитлер пришел как освободитель. Немцы сразу пришли в Литву. Они же дошли чуть ли не до Москвы за несколько недель. А театр дальше продолжал работать. Немцам не интересен был литовский театр, только комендант заходил иногда. В этом театре я сыграл свою первую роль в 1941 году, осенью в спектакле "Поросль", большая роль, чуть ли не главная.
  • Какие фильмы вы могли бы назвать этапными в своей актерской карьере. Наверное, в первую очередь "Мертвый сезон", "Солярис", "Бегство Мистера Мак Кинли" - фильмы, по которым вас хорошо знают и помнят.
  • Мои первые картины были литовские. В 57 году Жалакявичус поставил "Адам хочет быть человеком", потом "Хроника одного дня". А в 65 году вышел мой четвертый фильм "Никто не хотел умирать". Мы получили много наград.  Были потом еще 4 фильма, но это были эпизоды, "Берегись автомобиля" между прочим. Потом был "Мертвый сезон" - это был восьмой мой фильм. Но никто не ожидал успеха, я не ожидал. Закрывали этот фильм, киностудия "Ленфильм" сняла меня с роли. Сказали, это не герой, не советский разведчик. Советский разведчик должен быть высокого роста, светлоглазый, красивый, чтобы сразу было видно - что это наш советский разведчик. А я этого впечатления не произвожу. Американский разведчик - пожалуйста, но для советского разведчика у меня нет таких данных, как, например, у Кадочникова. Я им не нравился. Что-то ходит человек на экране, о чем-то думает...  Никакого геройства не надо, человек, есть человек. Он делает свое дело, он страдает, ему не везет, он попадает. Это было видение режиссера Саввы Кулиша. И это видение, отсутствие всякого показного геройства, было совершенно правильным. Мы говорили с моим прототипом Канон Молоды, который умер в 80-м году. В Англии он работал под фамилией Лонгстейл и провалился, как мой герой. И он говорил, что если бы был Сталин, когда его вернули, то его бы уничтожили, и никто бы не узнал, что он существовал. А все это случилось уже после Сталина, и то, его полгода продержали на Лубянке, пока не выяснили, что он никого не предал и не выдал. Он мне рассказывал, какое это чувство, когда тебя обменивают, и как я должен сыграть это ощущение. А ощущение было радости и страха одновременно. Что будет со мной дальше? А может, меня возьмут и уничтожат, чтобы я не был свидетелем, кто знает. Мы не хотели делать героический фильм. Мы хотели сделать фильм про человека.
  • И фильм прозвучал.
  • Да, но потом, не сразу.  Самые лучшие мои роли и картины созданы благодаря хорошему режиссеру, который из меня делал то, что я могу и то, что я хочу. С "Мертвым сезоном" получилось именно так.
  • Так же, наверное, и с "Солярисом"?
  • "Солярис" тоже очень плохо был принят. Когда мы были на фестивале в Каннах, уже была договоренность, что Тарковский получит что-то, но не главное. И он получил. Но после показа была рецензия, что фильм очень слабенький. Тарковский - прекрасный моралист, философ, но абсолютно плохой кинематографист, ни "экшэна" нету, ни секса... Что это за фильм?! Тем не менее дали "Серебряный приз", потому что Тарковского надо было поддержать. Потому что "Андрей Рублев" запретили в Советском Союзе, положили на полку, а во Франции он шел. Когда французы узнали, что Тарковский делает картину "Андрей Рублев" они заранее заплатили. Поэтому на Канском фестивале на Тарковского смотрели как на пострадавшего от советских властей. Но зрители очень слабенько смотрели. Я сидел в зале, мне было стыдно, что хихикают. Скучно им, видишь ли - ни драки нет, ни убийства.
  • А как вам самому этот фильм?
  • Мне он понравился. Я по-другому смотрю. Тарковский - мыслящий, думающий режиссер. Не результат мне был важен, а процесс работы, особенно, когда я уже увидел материал, понял, что это красота, и она не напрасно делается. Это поэтические размышления о человеке, который занимается изучением Соляриса, он совершил когда-то такой поступок, что его жена покончила с собой. В книге все по-другому. Фильм Тарковского приобрел размах только через 10-15 лет. Как в поэзии - только через несколько лет понимаешь, что это.
  • Про Пушкина тоже в последние годы писали, что он исписался. Может быть развитие большого художника опережает уровень восприятия зрителей?
  • Так было всегда. И в литературе, и в кино… Искусство всегда опережает. Так было и с Бахом. Говорили, это безнадежная, отсталая, не современная, плохая музыка. Сто лет прошло - стали говорить, что это божественная музыка. Ван Гог был замечательным художником, но сразу ведь тоже не признавали, а были рядом и плохие, которых тогда признавали, а потом забыли. Есть много художников, которых начали признавать спустя какое-то время, потому что у них была индивидуальность, личность, сила, мышление, философия, форма, все было вместе, как драгоценный камень. А в начале толпе стеклышко казалось красивее, чем этот бриллиант. Так что "Солярис" это очень отдельное явление.
  • Я не помню, кто это сказал из актеров или из писателей про развал Советского Союза - теперь неизвестно, когда наши произведения, наши переведенные книги будут читать в Тбилиси и в Таджикистане. Вы были известнейшим и любимейшим актером на огромном пространстве от Пеневежеса до Тбилиси, а сейчас не стало самого этого пространства. Это как-то отзывается на вашей жизни, или Вы полностью достаточны в том состоянии, в котором существуете сейчас в Литве?
  • В Литве меня сейчас меньше знают и помнят, чем в России. Не знаю как в других республиках, но я был недавно в Ташкенте, в Узбекистане, и там меня очень хорошо знают. Мы были с правительственной Литовской делегацией, и меня включили в эту делегацию как человека, известного в России. В Литве, в своем краю пророком не будешь, я не знаю почему.

 

 

  • А сама по себе культурная жизнь в Литве по сравнению с Литовской ССР того времени как-нибудь изменилась?
  • Очень. Как и во всем мире, это упадок, страшный упадок, как и в России. Посмотрите, что за фильмы! Разве сравнишь с теми фильмами, которые на весь мир звучали как фильмы Тарковского, например. Помните те картины? Их было много! А сейчас что можно поставить рядом с уровнем Феллини или Копполы? Сейчас фильмы гораздо ниже, в них показывают только мордобой и секс. Две мысли это очень мало.
  • А Вы смотрели наши Российские современные фильмы?
  • В Литве их мало показывают. Я видел "Сибирский цирюльник". Но это не искусство, это ложь, которая не имеет ничего общего с человеческой природой и правдой. Какая-то фантазия, шоу-бизнес.
  • А в чем, по-вашему, секрет хорошего кино? Идти по правде жизни, не придумывая как возбудить и подергать зрителя, чтобы он раздухарился, так?
  • Да, правда. Но правда художественная, а не такая как "За стеклом". К сожалению, за этим гоняются многие режиссеры. Нет сейчас личности, такой как Жалакявичус.  Я помню итальянские фильмы. Фильм Бергмана "Земляничная поляна" - это фильм. А сейчас я не знаю или не вижу ни одного фильма, который глубоко затрагивает твои мысли.

 

  • Что же это такое? Измельчание культуры?
  • Не знаю, боюсь сказать. Но мы, старики, прожили в золотом веке. Конец 19-го - начало 20-го. Тут и музыка - Чайковский, Григ, и драматургия - Ибсен. На какую высоту поднялся благодаря Станиславскому театр! Я приехал в Москву в 1948 году и первый раз в жизни смотрел во МХАТе "Три сестры" в постановке Немировича-Данченко. Играли Еланская, Степанова и Тарасова. Вот это была и экспрессия, и настроение, и жизнь, и атмосфера - в этом все было человеческое. Теперь вместо этого дым пустят, дождь польют, огонь всякий придумают… У нас поставили Шекспира. Четыре часа всяких фокусов, текста нет, актеров режиссер не берет - он берет натурщиков. Гамлета играет молодой эстрадный певец. Когда-то взяли на Гамлета Высоцкого, и то спорили - надо ли модернизировать вечное. А теперь - сплошная погоня за модой. Модно реалити-шоу - давайте пореалистичнее! У нас есть шоу "Аквариум", там дошли до того, что показывали половой акт.  И они стали популярными, но очень временно.
  • Вам не кажется, что у современных людей есть бзик - стать известным любой ценой? Огромное количество людей чувствует себя несчастными неудачниками, если их хотя бы раз не покажут по телевизору. Но что удивительно - быстрый успех забывается, а вещи, которые приводят к подлинному успеху на все времена - как "Солярис" или "Мертвый сезон", изначально оказываются ругаемы. В чем парадокс?
  • Этого даже философы объяснить не могут. Я думаю, что все значимое в искусстве должно быть основано на традициях. Мильтинис когда-то применил очень хорошую формулу: не ищите новое - ищите вечное в своем искусстве. И он создавал вечные спектакли. Это гораздо труднее - находить в новом искусстве вечное. Куда проще погнаться за сиюминутным успехом и показать фокус. Только от этого фокуса очень скоро ничего не останется.

Веб-мани: R477152675762