КОНФИСКОВАНО У МАФИИ!!!

Взятки, махинации и уход от налогов 

Берлускони был премьером Италии трижды (1994-1995, 2001-2006, 2008-2011). За эти годы он мог сесть в тюрьму раз 20. Берлускони обвиняли в подкупе судей и налоговиков, лжесвидетельстве, махинациях с финансовой отчетностью, незаконном финансировании партии, биржевых спекуляциях и уходе от налогов. Но до посадок не дошло: в семи случаях истек срок давности, четыре раза он был оправдан, дважды вина не была доказана, дважды закон менялся так, что преступление переставало быть уголовным, однажды дело было прекращено прокуратурой и однажды выручила амнистия.

Несколько раз Берлускони оказывался на волоске от тюрьмы.

В 1994 г. налоговые полицейские, которые проверяли компании из семейного холдинга Берлускони Fininvest, попались на взятках. Полицейские рассказали, что деньги им носил, в частности, директор по налогам Fininvest Сальваторе Шаша. После допросов директора и его помощника выяснилось, что дачу взяток санкционировал брат Берлускони — Паоло. Его обвинили в передаче для полицейских $210000. В июле 1998 г. после трехлетнего процесса суд Милана признал Сильвио Берлускони виновным по этому делу и приговорил его к 2 годам и 9 месяцам тюрьмы. Берлускони, разумеется, подал апелляцию. «У меня гигантская издательская, рекламная и телевизионная империя, я не могу уследить за всем, что там творится», — оправдывался он. В 2000 г. процесс прекратили за истечением срока давности.

В 1995 г. следователи заинтересовались футбольным клубом Milan, который входил в империю Берлускони. Берлускони обвинили в том, что он потратил средства своего предвыборного фонда на покупку футболиста Джанлуиджи Лентини. Следователи нашли в Milan махинации с отчетностью. Но парламент, большинство в котором составляли члены партии Берлускони, в 2002 г. изменил закон, и эти махинации перестали быть уголовным преступлением.

В 1998 г. Берлускони обвинили в незаконном финансировании социалистической партии Бенедетто Кракси, который лично, как считало следствие, получил более $5,8 млн. Возможно, это была благодарность: будучи премьером, Кракси помог Берлускони в телевизионном бизнесе. Финансирование шло через компанию All Iberian, зарегистрированную на Нормандских островах. «Разве я, с моим эстетическим чувством, мог создать компанию с таким неблагозвучным названием?» — оправдывался Берлускони. Ему дали 2 года и 4 месяца тюрьмы. Но пока шли апелляции, истек срок давности.

Пытались обвинять Берлускони и в связях с мафией — через его советника Марчелло дель Утри. Тот признал, что стал посредником между шефом и мафией, чтобы предотвратить похищение преуспевающего бизнесмена Берлускони и членов его семьи (правда, потом отказался от своих показаний). В прошлом году суд решил, что Берлускони платил мафии, чтобы защитить себя и свою семью, и прекратил дело за давностью лет.

В октябре 2012 года миланский суд признал его виновным в налоговых преступлениях по делу телевещательной корпорации Mediaset, крупный совладелец которой — холдинг семьи Берлускони. Mediaset покупала права на прокат американских фильмов по завышенным ценам через посредников, а те переводили миллионы евро на банковские счета в Швейцарии и на Багамских островах (с июля 2002 г. по ноябрь 2005 г. — $34 млн). Эти деньги, по версии следствия, получили 10 обвиняемых, в том числе Берлускони. Суд приговорил его к 4 годам тюрьмы, сократив срок по амнистии до 1 года. Берлускони говорит, что «обвинение выходит за рамки реальности», и обещает обжаловать приговор. В конце прошлого года он объявил, что «из чувства ответственности» вернется в политику — надо «реформировать систему правосудия», чтобы то, что произошло с ним, «не повторилось с другими гражданами».

Связи с мафией

Джулио Андреотти  тоже был премьером Италии трижды (1972-1973, 1976-1979 и 1989-1992). Еще он дважды был министром внутренних дел, дважды — министром обороны и один раз — иностранных дел. Но это не помешало обвинить его в заказном убийстве. Неприятности у Андреотти начались в 1993 г. Показания против него дал Томмазо Бушетта — один из первых мафиози, которые нарушили кодекс молчания, омерту. Бушетта был ключевым свидетелем на процессе против мафии, когда в 1986 г. осудили 342 человека, а 19 главарям дали пожизненное заключение. И вот в 1992 г. Бушетта дал показания, что Андреотти через своего соратника по христианско-демократической партии Сальво Лиму был связан с мафией и даже встречался с ее главарем Сальваторе Рииной, который гарантировал Андреотти поддержку. Лима уже не мог ничего возразить, так как незадолго до этого его убили.

В 1993 г. парламентская комиссия по борьбе с мафией решила допросить Андреотти, а в 1994 г. суд Палермо возбудил против него уголовное дело: подозрения состояли в том, что в обмен на голоса за христианских демократов, которые гарантировала мафия, Андреотти пообещал не ужесточать антимафиозные законы. Прокуратура требовала для Андреотти 15 лет, но в 1999 г. суд Палермо оправдал политика за недостаточностью улик. «Я тронут. Несмотря на то что всегда верил в справедливость суда», — сказал Андреотти после вердикта.

Но на этом дело не кончилось. Бушетта вспомнил, что журналист Мино Пекорелли, убитый в 1979 г.,  хотел обнародовать компромат на Андреотти. И в 2002 г. суд Перуджи приговорил Андреотти к 24 годам, признав его причастность к заказу на убийство журналиста, который исполнила мафия. В октябре 2003 г. кассационный суд отменил этот приговор. Он снял с Андреотти обвинение в причастности к убийству, но констатировал, что связи с мафией помогали ему в карьере до 1980 г. Однако по этому пункту Андреотти был уже неподсуден из-за срока давности.

Откат за контракт 

Кракси был премьером почти четыре года и ушел в отставку в 1987 г. В уголовное дело он попал шесть лет спустя.

Затронувшее Кракси разбирательство началось с малого: директор миланского дома престарелых Марио Кьеза, депутат от социалистической партии Кракси, попался на взятке при распределении подрядов. Соратники по партии заклеймили Кьезу позором, а Кракси назвал его мелким жуликом. Но прокуроры выяснили, что у Кьезы на счетах миллиарды. Директор богадельни стал давать показания, и с этого началось масштабное расследование деятельности правивших тогда социалистов — знаменитая операция «Чистые руки».

В ходе расследования всплыла давняя история — банкротство итальянского банка Ambrosiano, который рухнул еще в начале 1980-х, успев, однако, перевести $7 млн в один из швейцарских банков. Следователи стали обстоятельнее разбираться, куда именно ушли деньги. Выяснилось, что социалистической партии и что Кракси имел отношение к счету, на который они упали. Это был своего рода подарок от банка за возможность получить $50 млн от государственного энергетического концерна Eni. И это оказался не единственный случай, когда партия помогла бизнесу в обмен на пожертвования.

Кракси тогда заявил, что точно так же поступали все партии. Но его это не спасло. В июле 1994 г. суд Милана дал ему 8,5 года. Правда, к тому времени бывший итальянский премьер успел бежать в Тунис, где и провел остаток жизни на вилле в курортном городе Хаммамете.
Секреты мастерства

Как это может быть, что против уважаемых людей в Италии выдвигаются такие страшные обвинения, и как может быть, что иногда этих людей даже признают виновными?

«Политика здесь ни при чем, в процессах было достаточно доказательств», — уверяет бывший прокурор Пьеркамилло Давиго, один из организаторов операции «Чистые руки». «Конечно, мы ощущали давление, — признает он. — Но итальянская конституция гарантирует независимость судей. У нас нет никакого особого секрета успеха. Мне кажется, ситуация с коррупцией в Италии не хуже, чем в других странах. Зато в Италии гарантирована независимость прокуратуры — вот это отличительная особенность. Прокуратура по конституции обязана возбуждать дело, если она получила заявление. Нет права выбора, возбуждать или нет. Это важная гарантия независимости».

«Дело не в политике, — согласен Герардо Коломбо, который был обвинителем в деле Берлускони в 2005 г. — Операция “Чистые руки” началась с заявления о вымогательстве взятки в доме престарелых, и его директор был пойман с поличным — при чем тут политика? Независимость судей в Италии гарантирована конституцией. Давление могло иметь место, но инструментов, чтоб повлиять на независимость судей, быть не могло».

«Отчасти дело в том, что правоохранительные органы там приближены к изначально независимому суду, следствие там судебное, — размышляет бывший генпрокурор России Юрий Скуратов (он знакомился с итальянским опытом, когда возглавил Генпрокуратуру). — А что касается суда, то у них не произошло такого серьезного прерывания истории, как у нас. В наших судьях до сих пор сидит страх 1937 г.: если ты не вынесешь нужное решение, тебя могут вынести самого». Переломным моментом в борьбе с мафией и коррупцией, продолжает Скуратов, стало убийство в 1992 г. двух следователей — Джованни Фальконе и Паоло Борселлино. Все общество вышло на улицу и в ультимативной форме потребовало от властей изменений.

Фальконе и Борселлино в 1980-е доказали существование мафии как единой иерархической структуры. Именно Фальконе убедил Бушетту дать показания, в результате чего стал возможен большой процесс против мафии в 1986 г. Фальконе взорвали в мае 1992 г., Борселлино — в июле. Следствие установило, что заказал эти убийства Риина, ему дали пожизненное заключение.

«Никаких особых методов борьбы с коррупцией у итальянцев нет, просто следователи у них более независимые, чем у нас, и высокопоставленным политикам труднее на них давить, — полагает бывший следователь российского МВД. — Начинают, скажем, расследовать деятельность какого-то мелкого чиновника. Выясняют, что ему покровительствовал чиновник покрупнее, а тому — еще крупнее, так выявляется система. Да и чиновники охотнее дают показания, когда понимают, что покровительство их не спасет. У российского расследования довольно узко очерчен круг, кого ты можешь тронуть, а кого — нет».

Главный инструмент борьбы с мафией в Италии – конфискация. Имущество, стоимость которого не соответствует официальным доходам, в Италии могут конфисковать вне уголовного производства. Обязанность доказывать, что имущество приобретено законным путем, при этом лежит на его владельце, закон об этом был принят еще в 1980-х.

Конфискованные особняки в Италии передают домам престарелых, реабилитационным центрам и т.п., конфискованные земли – сельскохозяйственным кооперативам (их продукция получает маркировку «Сделано на земле Сицилии, конфискованной у мафии»). Каждый год у мафии конфискуют имущество почти на 5 млрд евро. Так, в 2011 г. конфисковали 1600 предприятий, среди них шахты, виноградники, замки, отели, супермаркеты, строительные компании.

Самая крупная конфискация имущества постигла в 2010 г. сицилийского бизнесмена Вито Никастри, который обвинялся в связях с мафией. Никастри инвестировал в возобновляемые источники энергии, и у него забрали 43 ветряные и солнечные энергетические компании на Сицилии и в Калабрии, а также дома, участки земли, счета в банках и депозиты; всего на 1,5 млрд евро.

«Этот итальянский опыт применим там, где относительно чисты и законопослушны правоохранительные органы и суды. В наших условиях, когда коррупция поразила самих правоохранителей, такая практика конфискации вне уголовного дела может привести к повальному рейдерству. Можно строить какие угодно планы по борьбе с коррупцией, но, если для этой цели непригоден сам инструментарий, последствия могут быть чудовищными», – объяснял экс-генпрокурор России Юрий Скуратов. 

Источник

Веб-мани: R477152675762