Оставшиеся в живых

В ноябре 1998 года раздался взрыв под дверью квартиры Ольги Костиной. Ранее она работала в пиар-службе Менатепа под началом Невзлина, но его методы пришлись Костиной не по душе, и та покинула компанию. После ухода из ЮКОСа Костина развивала собственный бизнес - рекламное агентство 'Союз' - и тесно сотрудничала с мэрией Москвы. Ей удалось стать внештатным советником Юрия Лужкова, предложив ему проект межрегиональных интеграционных связей, что в контексте будущих выборов в Госдуму и амбиций московского градоначальника, выглядело заманчиво. Тем не менее, в нефтяной компании, о которой у Костиной остались не самые лучшие воспоминания (о чем она неоднократно говорила на публике), ее, как выяснилось, не забыли.
     Если раньше Костину защищало то, что ее муж Константин был в Менатепе начальником управления по работе со СМИ, то в 1998 году, после его ухода из компании, 'прикрыть' Ольгу оказалось некому. По словам Алексея Кондаурова, бывшего начальника аналитического управления ЮКОСа, он проводил переговоры с Костиной, когда та работала в мэрии. Вот как сам он рассказывал об этом журналистам: 'Когда Костина ушла в мэрию, я встречался с ней. Я ей говорил: Оля, не обижайся, пожалуйста, но Невзлина ты не интересуешь'. Почему-то журналисты не задали Кондаурову простейший вопрос: 'Зачем встречаться и что-то рассказывать человеку, который вас не интересует'? Можно предположить, что на таких встречах Кондауров мог намеками давать понять, что это - 'последнее китайское предупреждение', и за ним могут последовать активные действия. Как это вскоре и произошло.
     По счастливой случайности все остались живы. На следующий день после взрыва Костиной позвонил Невзлин и разговаривал неожиданно тепло с учетом обстоятельств ее расставания с ЮКОСом. Преступника, говорят, всегда тянет на место преступления. Костина рассказала мужу о звонке, на что тот, лучше ее знавший порядки в ЮКОСе, ответил, что убежден, что 'это Невзлина рук дело'. Костина не поверила. А зря. Это выяснилось в ходе допроса Пичугина, когда тот сорвался: 'Да никто не собирался убивать вашу Костину! Чуть пугнули - и все'...
     На суде по первому делу Пичугина было доказано, что это именно он по заказу Невзлина организовал покушение на бывшую сотрудницу. За дело взялся все тот же Горин, получивший от Пичугина адрес Костиной, ее фотографию и 5 тысяч долларов. Горин, в свою очередь, 'перебросил' заказ Пешкуну, а тот отправил его на исполнение бандитам, которые задолжали ему значительную сумму.
     Главарь банды сам выезжал на место будущей акции, чтобы удостовериться в том, что 'объект' проживает именно там. Переодевшись электриком, Коровников смог даже поговорить с матерью Костиной. Отследив, когда Костина приезжает и уезжает из дома, киллеры предложили заказчикам увеличить гонорар. За два убийства - Костиной и Колесова - Коровников и его шестерки должны были получить 15 тысяч долларов.
     Однако, узнав, что Колесов ходит с охраной, от нападения на него бандиты отказались. Действительно, убить одинокую женщину для них было и проще и безопаснее. Дождавшись условленной даты преступники изготовили взрывчатку, прикрепили ее к двери квартиры родителей Костиной и в нужный момент подорвали бомбу. Правда взрывчатку они собрали некачественную, и рванула только половина бомбы.
     Костина не пострадала, а ркуводоство из ЮКОСа осталось очень недовольно. По итогам сорвавшейся ликвидации Коровину были предъявлены претензии. Сам же он банально 'кинул' своих друзей, не заплатив им ни копейки. Это была еще одна трещина во взаимоотношениях между Пичугиным и Гориным. Когда позже исполнители покушения на Костину попались в руки следствия, Горин потребовал от Пешкуна уехать, поскольку Пичугин дал заказ на устранение Пешкуна. Последнего убили, вскоре убрали и самого Горина,  чтобы обрубить ниточки, идущие к руководству ЮКОСа.
      На дворе стоял кризис 1998 года, Менатеп быстро шел ко дну, и руководство Роспрома-ЮКОСа сбрасывало все ненужные активы в Менатеп, а все нужные - напротив, из него вытаскивало, чтобы остаться только с прибыльными ресурсами. Этим, естественно, многие сотрудники Ходорковского были недовольны.
     Акция по устранению Колесова состоялась в начале октября 1998 года. Подкараулив, бандиты несколько раз ударили бизнесмена, и, когда тот потерял сознание, уже собирались добить его. Но тут группу убийц увидел шедший мимо прохожий. Быть опознанными совершенно не входило в планы преступников, и они убежали.
     О том, что сотрудники ЮКОСа очень часто попадали под пристальное внимание службы безопасности и даже становились ее жертвами свидетельствуют многие сотрудники, работавшие у Ходорковского. В ЮКОСе было нормальным явлением, когда сотрудника, купившего, к примеру, квартиру или машину, служба безопасности с калькулятором в руках допрашивала. Костина рассказывает об одном таком случае. После крупной покупки сотрудника чуть ли не пытали сутки напролет: 'Где взял деньги? Какие наши секреты продал, кому и за сколько?' Человек стоял на своем: жена, мол, взяла кредит в банке. Утром проверили - оказалось, не соврал. Подобное унижение, конечно, не все выносили.
     О том же говорит и один из основателей Менатепа Алексей Голубович. Разочаровавшись в стиле руководства Ходорковского и беспределе службы безопасности он в 2001 году покинул пост директора по стратегическому планированию и корпоративным финансам ЮКОСа, но полностью порвать с компанией ему не удалось. 'Полностью исключать меня из состава акционеров М. Ходорковский в тот период ещё не хотел, т.к. видимо, придерживался неоднократно декларировавшегося им принципа, что из Менатепа 'не уходят' (имелось в виду - добровольно и при жизни)', - вспоминал Голубович. Тем не менее, нелояльность Голубовича вызывала и серьезное недовольство руководителей корпорации. На Голубовича решили давить через жену - Ольгу Миримскую, которая возглавляла компанию 'Русский продукт'. Контрольным пакетом акций компании владела группа Менатеп, но гендиректор препятствовала планам Ходорковского по выводу всей прибыли в офшоры. Голубович даже собирал пул инвесторов для выкупа акций, но тут в дело вмешалась вездесущая служба безопасности.
     В начале 2001 года возле дома Миримской в посёлке Николина Гора прогремел взрыв. Взрывное устройство среагировало на проезжавший мимо автомобиль предпринимательницы, но сделало это с опозданием, когда машина уже была в нескольких метрах от бомбы.
     Несмотря на то, что вокруг были свидетели взрыва, и сам факт преступления попал на камеры видеонаблюдения, Голубович все же не решился обращаться в полицию. 'Считая, что кроме руководства Группы Менатеп других лиц, заинтересованных в подобной акции устрашения, нет, я принял решение не обращаться в правоохранительные органы, опасаясь, что развитие конфликта с Менатеп, как с влиятельной и, возможно - криминальной организацией, приведёт к ещё большим неприятностям', - утверждал он впоследствии. Голубович не скрывал, что немаловажную роль в этом решении сыграло то, что к этому времени покушение на Рыбина так и не было расследовано.
     Голубович максимально дистанцировался от Ходорковского и Невзлина, но, тем не менее, даже несмотря на все меры предосторожности и нанятую охрану, семье Голубовича не удалось избежать неприятностей. Во второй половине 2004 года в автомобили Голубовича и Миримской неизвестные злоумышленники залили большое количество ртути. От этого пострадали кроме них также сын, племянница и сотрудник Голубовича, использовавшего заражённый ртутью автомобиль по доверенности. Как позже узнал бизнесмен, аналогичные отравления получили ещё несколько бывших руководителей подразделений ЮКОСа, конфликтовавшие со службой безопасности и Невзлиным. Среди них бывший зампред правления ЮКОСа Константин Кагаловский и губернатор Эвенкии, тесно сотрудничавший ЮКОСом, Борис Золотарев.
     Если под ударом находились такие высокопоставленные люди, чего уж говорить о тех, кто стоял на несколько ступеней ниже по иерархической лестнице? Если рядовые люди сталкивались с карательной машиной службы безопасности ЮКОСа, у них на всю жизнь (иногда недолгую) оставались незабываемые впечатления.
     Как мы помним, помимо промышленных активов, 'юкосовцев' живо интересовала недвижимость. Тем более что у службы безопасности Менатепа, а затем ЮКОСа  опыт в решении проблем со столичными квадратными метрами имелся немалый. В том же самом году, когда начались эпопеи по борьбе за дома в районе Чистых прудов, олигархи-владельцы ЮКОСа (выходцы из фрунзенского райкома комсомола) из ностальгических, видимо, чувств, а также имея в виду его потенциально огромную стоимость, приобрел контроль над Московским дворцом молодежи. Охрану МДМ стала нести служба безопасности ЮКОСа.
     До 2000 года дворец находился в государственной собственности. Приватизация комплекса в интересах ЮКОСа была проведена руководителем ООО 'Юридический отдел' г-ном Каневским. Сразу же после регистрации собственности Каневского убили при весьма загадочных обстоятельствах. Неизвестные встретили директора и главбуха ООО 'Юридический отдел' Коваленко в районе Митино и забили их бейсбольными битами. Каневского - насмерть. Не являлось тайной, что Каневский был в натянутых отношениях со службой безопасности МДМ.
     В 2000 году предприниматель Сергей Лобиков приобрел в МДМ ресторан и бильярдный зал 'Кибер-клаб', в чью реконструкцию привлек серьезные инвестиции. С руководством комплекса Лобиковым был заключен договор аренды сроком на 25 лет с условием, что плата за пользование помещениями общей площадью 1200 метров будет меняться только по взаимному согласию. Но через три месяца после открытия арендодатели потребовали от коммерсанта увеличить выплаты в четыре раза. По сути дела, Лобикову служба безопасности, таким образом, просто предлагала 'крышу'. После отказа Лобикова начались неприятности - охрана МДМ блокировала вход в его заведения, периодически отключала свет, воду и т.д.
     В марте 2002 года в 'Кибер-клабе' с пьяным дебошем выступил сам Пичугин. Пытаясь ворваться в помещение заведения, он в кровь разбил руки о дверь, разделяющую бильярдный клуб и территорию МДМ. Пичугин кричал, что разберется с Лобиковым, если тот не будет жить по установленным правилам. Обращения в милицию ничего не дали.
     Только после ареста Пичугина расследование инцидента с дебошем было взято под контроль следственных органов. Правда, как уверяют СМИ, гендиректор МДМ Забелин (человек, подконтрольный ЮКОСу) стал угрожать Лобикову и требовать выйти из дела. Наконец, в 2004 году Лобикова все-таки удалось выжить из МДМ.

Веб-мани: R477152675762