Создание бизнес-империи ФСО.Ч-1

Дмитрий Михальченко вернулся в Санкт-Петербург в 1999 году. Последние несколько лет в ожидании истечения сроков призывного возраста он был вынужден находиться в Киеве, где трудился торговым представителем Великолукского мясокомбината и мог только мечтать о больших деньгах. Родной город, где Михальченко осел в скромной квартире жены на Комендантском проспекте, за время его отсутствия не сильно поменялся — ​к беспрерывной борьбе преступных группировок, оставлявшей следы перестрелок на улицах, добавились последствия дефолта.

Михальченко искал свое место в этом хаосе и практически сразу вытянул счастливый билет — ​профессиональный петербургский спортсмен-культурист Юрий Преснов, оценивший острый ум и деловую хватку молодого человека, познакомил его с тогдашним первым заместителем главы питерского управления ФСБ Николаем Негодовым. Высокопоставленный генерал, курировал городской транспорт и подыскивал толкового финансиста, способного наладить ситуацию на вокзалах к празднованию 300-летия Санкт-Петербурга. «Дима прыгал от счастья. Встать под крышу ФСБ — ​уже большая удача. А ему фактически посчастливилось стать официальным представителем генералитета», — ​вспоминает знакомый предпринимателя.

Михальченко устроили в региональный общественный фонд поддержки ФСБ и СВР, внешне призванный служить источником помощи для ветеранов, но в действительности являвшийся связью между крупным бизнесом и силовиками. Его донорами выступали крупнейшие компании Санкт-Петербурга, а собранные средства шли в том числе на материально-техническую поддержку питерских чекистов. Фонд располагался в соседнем от УФСБ по Санкт-Петербургу здании, что только подчеркивало близость его руководства к спецслужбам.

Возглавлял фонд пенсионер ФСБ Владимир Рукинов, которого уважали за способность управлять застольем и близость (включая соседство по даче) к тогдашнему начальнику питерского управления Евгению Мурову, который одним из первых получил приглашение от вновь избранного президента Владимира Путина перебраться в Кремль и занять должность главы Федеральной службы охраны.

Михальченко, по словам бывшего работника питерского управления ФСБ, почти сразу вызвал симпатию у рядовых сотрудников — ​«отремонтировал обшарпанные туалеты и благоустроил столовую». Понравился он и руководству Литейного, по поручению которого разработал и успешно реализовал в 2003 году концепцию реконструкции вокзалов. «Под его руководством вокзалы преобразились, стали современными и удобными — ​это факт», — ​говорит знакомый Михальченко.

Октябрьская железная дорога вскоре передала торговые привокзальные площади в долгосрочную аренду коммерческим компаниям, связанным с фондом. Реализовать их на рынке было поручено Дмитрию Михальченко, который возглавил созданное фондом «Управление делами». Переговоры о сдаче коммерческих площадей в аренду новый «управделами» чекистов вел в императорском павильоне Витебского вокзала, откуда когда-то на перрон выходил император Николай II со своей семьей. К тому моменту Михальченко уже пользовался автомобилем со спецсигналом и аппаратами телефонной связи, которые были доступны лишь чиновникам Смольного и руководителя управлений ФСБ, МВД и прокуратуры.

«Вертушки», прекрасно вписавшись в интерьер кабинета, на стенах которого висели портреты нового президента и вымпелы различных силовых служб, обеспечивали безопасный канал связи с Литейным и служили аргументом в переговорах с потенциальными арендаторами. Последние, как вспоминает собеседник, по замыслу Михальченко, должны были чувствовать себя в этом кабинете, как на приеме, «и не торговаться, а соглашаться на предложенные условия».

«Когда Дима объявил, что «входной билет» на вокзал обойдется каждому арендатору в 50 тысяч долларов, мы крутили пальцем у виска. Вова Хейфец (одноклассник и бывший деловой партнер Михальченко ), которому Дима предложил поучаствовать, помнится, высмеивал его. Когда это услышали на Литейном, все обалдели — ​пустой вокзал, не приносящий денег, никому не нужен. Но Дима настоял, под свою ответственность. Через несколько месяцев все помещения уже были заполнены. Как он это сделал? Талант, черт побери», — ​с восхищением вспоминает знакомый Михальченко.

По его словам, собранные тогда в пользу фонда силовиков миллионы сильно изменили положение Михальченко на Литейном. «Представьте, что банковский клерк за пару месяцев становится членом совета директоров с правом голоса», — ​говорит собеседник и вспоминает, как получивший «право голоса» Михальченко буквально сразу создал компанию «Форум» и занялся поиском выгодных проектов для своих старших партнеров.

В 2004 году компания «Форум» приобрела свой первый крупный актив — ​Прядильно-ниточный комбинат им. Кирова (ПНК) на улице Красного Текстильщика. Огромный имущественный комплекс ПНК занимал целый квартал и был интересен многим питерским бизнесменам, что в конечном счете привело к убийству (годом ранее) директора комбината Алексея Бондаренко. В интервью Forbes Дмитрий Михальченко рассказывал, что вдова Бондаренко обратилась именно к нему за помощью: «Владельцы сами попросили купить у них доли, сделка прошла по рыночной цене».

Это подтверждают и знакомые Михальченко, правда, с двумя поправками: супруге убитого директора предложили продать акции «сотрудники питерского управления ФСБ», а стоимость сделки составила менее 1,5 млн долларов. «Я бы не сказал, что эта цена соответствовала рынку, — ​кварталы обычно стоят дороже», — ​рассказывает знакомый бизнесмена. Впрочем, как отмечает собеседник, это не отменяет успешного реинжиниринга бизнес-процессов на заводе: «Надо отметить, что Дима был хорошим бизнесменом, который видел возможности заработка во всем. ПНК нельзя просто закрыть — ​предприятие относилось к числу стратегических, поэтому Дима принял решение оптимизировать производство, сократив для этого площади и часть трудового коллектива, и начал борьбу за рынки сбыта. Он неоднократно встречался с Таймуразом Баллоевым, главным поставщиком военной формы, пытался убедить его закупать нитки в ПНК».

После того как Баллоев ответил отказом, Дмитрий Михальченко договорился об изменении норм государственного стандарта в технических документах Минобороны, размещавшего крупные госзаказы на закупку обмундирования. Изменить ГОСТ в Минобороны помогли связи Михальченко в ФСО, рассказывает знакомый предпринимателя и подтверждает бывший работник «Форума». По данным источника в оперативном управлении ФСО, доступ в кабинет директора Дмитрий Михальченко получил благодаря супруге директора спецслужбы Людмиле Муровой: «Он был на «подносе» у Людмилы Анатольевны, всячески выполнял ее мелкие прихоти. Это внимание дорогого стоит, особенно если речь идет о жене Деда» (так сотрудники ФСО между собой называли Евгения Мурова ).

Спустя два года после приобретения комбината к Дмитрию Михальченко обратились акционеры соседнего завода по производству оборудования для предприятий газовой промышленности «Измерон». Как и в случае с ПНК, помощь Михальченко потребовалась собственникам «Измерона» из-за опасений за свою жизнь, поскольку на предприятии было совершено четыре убийства. «Угадаете причину, по которой обратились к Диме?» — ​саркастически задается вопросом собеседник и тут же отвечает: «Конечно, подсказали в ФСБ. Сделка по покупке акций за 2 млн долларов еще не была завершена, а в рамках уголовного дела об убийстве уже были задержаны все исполнители и заказчики. Хотя нельзя, наверное, говорить, что этого бы без сделки не произошло. Но следствие шло интенсивнее благодаря сигналам с Литейного — ​это факт». На новое предприятие Михальченко закупил новейшее западное оборудование и наладил производство отечественных буровых газовых установок, которые затем стали приобретаться структурами «Газпрома» и его подрядчиками для освоения Бованенковского месторождения. «Оборудование и так было недорогим относительно западных аналогов, но возникшая тогда курсовая разница его вовсе удешевила, что позволило увеличить объемы продаж», — ​вспоминает бывший менеджер «Измерона».

Следом за этим Дмитрий Михальченко приступил к поиску арендаторов высвобожденных и отремонтированных в прядильно-ниточном комбинате площадей. 75 тысяч кв. метров, по замыслу бизнесмена, должны были быть заполнены в течение нескольких лет, но достижению этой цели мешало падение спроса на коммерческую аренду в частном секторе. Тогда младший деловой партнер Дмитрия Михальченко Владимир Хейфец предложил революционную идею — ​заполнить площади бюджетными учреждениями.

По словам бывшего подчиненного Михальченко, так родился проект Единого центра документов (ЕЦД): «За основу был взят юридический центр на площади Восстания, где с начала 90-х в одном месте были собраны все: юристы, нотариусы, доктора, страховщики. Да, они находились в центре города, но у нас были другие масштабы. В том числе по связям».

«Привлечь новых арендаторов, по словам знакомого с Михальченко предпринимателя, позволили диалоги с Евгением Муровым и Валентиной Матвиенко, в то время занимавшей пост губернатора Санкт-Петербурга. «Дима поначалу демпинганул — ​стоимость аренды не превышала 1000 рублей за кв. метр в месяц, а налоговая вообще удачно села — ​за 500 рублей. Но и это генерировало около 90 млн рублей ежемесячно. А по окончании договоров аренды он планировал поднять ставки», — ​говорит собеседник.

По его словам, проект ЕЦД впервые поменял отношение Дмитрия Михальченко к своим партнерам: «Вова Хейфец сделал очень многое, а Дима обозначил ему долю — ​5%. На этом и разошлись». Впрочем, недостатка в людях набирающий силу предприниматель не испытывал — ​к тому моменту в рамках холдинговой компании «Форум» объединились не только ЕЦД, «Измерон» и ПНК, но и строительная компания «БалтСтрой».

С предложением приобрести «Балт­Строй» к Дмитрию Михальченко обратился Дмитрий Сергеев, в то время занимавшийся поставками мебели и ремонтом жилых объектов. Как и многие покупки Михальченко, эта также оказалась связана с человеческой смертью, правда, уже после передачи акций — ​в 2010 году бывший владелец «БалтСтроя» Павел Синельников застрелился. По словам бывшего топ-менеджера холдинга «Форум», «БалтСтрой» был приобретен по двум причинам: во‑первых, компания обладала лицензией на выполнение работ в области реставрации объектов культурного наследия и памятников архитектуры, во‑вторых, уже работала на рынке, что позволяло спокойно заявляться на торги бюджетных учреждений. «А осваивать планировалось прежде всего бюджет. Дима [Михальченко] тогда так и сказал Сергееву: забирай компанию — ​я ее наполню», — ​говорит собеседник.

К тому моменту 50% долей в холдинговой компании «Форум» отошли генералу Негодову, который покинул ФГУП «Росморпорт», где трудился директором после отставки из органов госбезопасности. По словам бывшего менеджера «Форума», в холдинге его совладелец появлялся крайне редко. «Есть люди, кто работал у нас, но даже не знают, как выглядит Николай Дмитриевич [Негодов]. Он почти не был на совещаниях, а когда приходил, вел себя тихо. В общем, выглядел как Димин куратор», — ​смеется собеседник и вспоминает, что лишь однажды Негодов вступил с кем-то в контакт: «На какой-то пьянке он подпустил к себе людей. Его стали расспрашивать: «А почему не появляетесь?» Он с улыбкой ответил: «А зачем? Я здесь для того, чтобы следить за ним», — ​и кивнул в сторону Димы».

В чьих интересах Негодов должен был следить за Дмитрием Михальченко, не было сомнений ни у подчиненных, ни у партнеров, ни у сторонних знакомых. К тому моменту и без того раскрепощенный глава холдинга вел себя так, что только ленивый в Санкт-Петербурге не судачил о его связях в верхушке ФСО.

После запуска ЕЦД сотрудники холдинга перебрались в отремонтированный офис.

Как и в императорском павильоне, в новом кабинете на бизнесмена с портрета смотрел Владимир Путин . «Вертушек» со времен работы на вокзале стало побольше — ​к ним добавился «Спецконтакт», которым в то время обладали лишь единицы государственных служащих самого высокого ранга. Несмотря на то что все они были подключены к линии сотрудниками ФСО, телефоны по-прежнему выполняли для Дмитрия Михальченко функции реквизита. «Он мог схватить «вертушку» и в пустую трубку кричать на какого-то высокопоставленного чиновника. А затем с удовольствием ловил изумленные взгляды гостей, — ​смеется крупный петербургский предприниматель: — Он это делал ради имиджа, чтобы человек, вышедший из его кабинета, рассказал всем про нового хозяина города».

О том, что Михальченко стал полновластным хозяином города, писали местные СМИ. Одно время за главой холдинга «Форум» даже закрепилось прозвище "Губернатор 24 часа" — ​в противопоставление арестованному к тому моменту криминальному авторитету Владимиру Барсукову-Кумарину, прозванному ночным губернатором Санкт-Петербурга.

«Дима кайфовал от того, что в городе о нем стали говорить. Это и беспокоило — ​ведь про него писали, что он связан с заказными убийствами, а заказные убийства в свою очередь связаны со спецслужбами.  Не хватало еще быть другом убийцы… Но вместо опровержений он только плодил новые слухи. Мало кто знает, но даже прозвище "Губернатор 24 часа" Дима придумал сам и продвинул в массы», — ​вспоминает знакомый Михальченко. Источник в ФСБ говорит, что в ходе наведения справок в отношении Михальченко оперативники, изучая петербургскую прессу, не скрывали своего удивления: «Его связывали и с оргпреступностью, и с правоохранительными органами. Это же уникум какой-то — ​всюду авторитет».

С 2010 года Дмитрий Михальченко, со слов его знакомых, едва ли не собирал заказы у своих партнеров и чиновников на спецталоны ФСО и даже передавал им закрытые мобильные телефоны спецслужбы. «В результате все эти телефоны побросали в офисе и забыли про них», — ​говорит один из них. С подчиненными Дмитрий Михальченко вел себя эмоционально, периодически переходя на крик: «Из цензурных слов — только междометия. Все сотрудники «Форума» на таких совещаниях были каждый день — ​трехэтажный мат, оскорбления и даже угрозы», — ​говорит экс-менеджер холдинга и добавляет, что «это было бы нормально, если бы не феодальные замашки в отношении женщин».

Дмитрий Михальченко, судя по всему, действительно относился к слабому полу весьма необычно: стоявшие на коленях секретарши обували его в дорогие лакированные туфли и закапывали глазные капли, а официантки в лучших ресторанах Санкт-Петербурга боролись за право обслуживать его столик. Корпоративный отдых холдинга «Форум» постоянно посещали отечественные звезды первой величины, на приглашения которых Дмитрий Михальченко, со слов своих знакомых, тратил до нескольких сот тысяч долларов — ​«не потому, что столько стоили, а для того, чтобы все об этом знали».

«Однажды приехал Григорий Лепс. Мы приготовились послушать знаменитые хиты артиста, но в результате про рюмку водки на столе пел до самого утра сам Дима. А Лепс был важен как часть интерьера», — ​рассказывает знакомый с главой холдинга бизнесмен.

Склонность к эпатажу у Михальченко, которого постепенно стали причислять к богатейшим людям Петербурга, появлялась с каждым новым проектом, но превратилась в патологию в 2011 году, когда он действительно стал миллиардером. Тогда, по словам нескольких его знакомых и сотрудника оперативного управления ФСО, Дмитрию Михальченко удалось убедить директора Евгения Мурова сделать одно из предприятий спецслужбы эксклюзивным генподрядчиком строительства и реставрации на объектах для президента страны.

ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ.

Андрей Сухотин

Веб-мани: R477152675762