В России носится запах сожжённых книг

В 1529 году Папа Римский Павел IV утвердил список книг, печально известный как Index Librorum Prohibitorum, в который до 1966 года включались издания, запрещённые к чтению под угрозой отлучения от церкви.

В ходе «Акции против негерманского духа» в 1933 году тысячи книг были изъяты из библиотек и магазинов и впоследствии сожжены на кострах. Немецкие студенты назвали это утверждением «традиционных немецких ценностей» и «ответом на всемирную клеветническую кампанию против Германии». В классической антиутопии Рэя Брэдбери «451 градус по Фаренгейту» пожарные должны сжигать все запрещённые книги вместе с жилищами их владельцев. В 2017 году в России вновь на кострах сжигают книги. Делается это зачастую скрытно, но и бывшие обладатели бумажных изданий, и журналисты, и общественники невольно выстраивают аналогии с историческими и литературными событиями.

Старший научный сотрудник Института русской литературы РАН Алексей Балакин 6 июля написал в своём фейсбуке, что в июне 2017 года во все сельские библиотеки Архангельской области поступило «негласное распоряжение из центра». Суть указания сводилась к тому, что библиотечные работники должны были изъять из оборота все книги, отмеченные штампом института «Открытое общество» до особых указаний. Объяснялось это, по словам Балакина, тем, что книги издал фонд Сороса, организация, признанная в 2015 году в России «нежелательной». При этом сам фонд печатной работы не вёл — он закупал книги у крупнейших издательств: «Росмэн», «Терра», «Азбука» и других, ставил штамп на титульном листе и рассылал комплекты по библиотекам. В число книг, распространённых фондом Сороса, входили произведения классиков русской литературы, шедевры мировой поэзии, детские и энциклопедические издания.

Балакин подчеркнул, что распоряжение было негласным, «по звонку», библиотекарям рассказывать о нём запрещалось, а контролировать изъятие из оборота «неудобных книг» должна была местная прокуратура. Публикация вызвала большой общественный резонанс — СМИ решили проверить, насколько это заявление соответствует действительности и рассказали о результатах своих расследований.

Телеканалу «Дождь» в трёх библиотеках Архангельской области — в Верхнетоемском, Вельском, Каргопольском районах и в администрации Северодвинска — подтвердили, что книги, предоставленные институтом «Открытое общество», убраны в закрытый фонд и читателям не выдаются. В Министерстве культуры Архангельской области отрицали, что какие-либо поручения по изъятию из оборота книг выдавались. Деятельность по регуляции библиотечных фондов регулируется действующим федеральным законодательством.

Сообщаем, что поручений и распоряжений об изъятии книг, изданных фондом «Сорос», не выдавалось.

Пресс-секретарь Министерства культуры Архангельской области Ангелина Тихонова

 Одна из бывших сотрудниц каргопольской библиотеки на условиях анонимности сообщила корреспонденту «Новой газеты», что была в шоке и недоумении после получения такого распоряжения. По её словам, все книги со штампом института «Открытое общество» убраны с полок, «вынесены в совершенно другую комнату и закрыты тёмной плотной тканью». По информации «Новой», в библиотеке Северного государственного медицинского университета подобная чистка «неблагонадёжных» книг была произведена в 2016 году. «Коммерсант» написал, что книги из серии «Пушкинская библиотека» института «Открытое общество» велели убрать «с глаз долой» в библиотеках Пинежского и Лешуконского районов Архангельской области.

Какая судьба ожидает книги в архангельских библиотеках, источники всех трёх изданий сказать затруднились. По мнению Балакина, теперь они «подлежат... домыслите, чему».

Запах сожжённых книг

История с библиотеками Архангельской области стала дополнением к целому ряду скандалов, связанных с попытками властей или общественных движений изъять из оборота «неправильные» книги, запретить их распространение и наказать тех, кто действует вопреки. В январе 2016 года Министерство образования и молодёжной политики Коми направило письмо в учебные заведения республики, которым предписало изъять литературу, изданную при поддержке фонда Сороса. Причиной подобного рода акции стало знаменитое письмо заместителя полномочного представителя президента в Северо-Западном федеральном округе Андрея Травникова, в котором говорилось, что целью образовательной программы фонда Сороса является «популяризация среди молодёжи чуждых российской идеологии установок, формирование в молодёжной среде искажённого восприятия отечественной истории».

Содержание понятия «российская идеология» при этом в документе никак не обозначалось и не комментировалось. В Воркутинском горно-экономическом колледже, Ухтинском государственном техническом университете, Воркутинском политехническом техникуме 480 экземпляров изданий были снесены в ящиках во двор за учебным заведением и сожжены.

Стереотипы Третьего Рейха

В июле 2015 года «Известия» опубликовали статью «Структуры Фонда Сороса «зашли» в российские библиотеки», в которой утверждалось, что благотворительная организация создала сеть подконтрольных или аффилированных организаций по всей России. Эту сеть издание назвало «паутиной», охватывающей многие регионы. Целью работы сети, по мнению авторов статьи, была поставка в региональные библиотеки книг зарубежных авторов, чьи труды интерпретировали мировую историю с выгодной для Запада позиции.

Неизвестно, стала ли статья «Известий» катализатором, запустившим реакцию российских чиновников, но практически сразу же после её появления заместителем министра образования Свердловской области Ниной Журавлёвой было издано распоряжение о внеплановой проверке библиотечных фондов школ и училищ. В месячный срок руководителям учреждений предписывалось изъять из библиотечных фондов издания института «Открытое общество», «пропагандирующие стереотипы, сформированные во времена Третьего рейха».

Речь шла о книгах британских историков Джона Кигана и Энтони Бивора. В департаменте информационной политики свердловского губернатора тогда подтвердили факт проведения такой ревизии, указав, что труды этих авторов «ошибочно трактуют информацию о событиях Второй мировой войны, противоречат историческим документам, пропитаны пропагандистскими стереотипами нацизма».

Российские историки сочли это решение властей ошибочным, хотя и признали, что книги Кигана и Бивора являются спорными. Например, директор фонда «Историческая память» Александр Дюков заявил, что региональные чиновники так подменяют «какими-то громкими инициативами реальную работу с учащимися».

«Целоваться запрещено»

Конфликты властей с библиотечными фондами вспыхивали и без участия фонда Сороса.

В ноябре 2013 года родители учеников написали заявление на ижевскую учительницу Наталью Ванюшеву, которая задала читать классу роман Эмиля Ажара (Ромен Гари) «Вся жизнь впереди». В жалобе указывалось, что педагог растлевает детей, «читая с ними литературу о проститутках и трансвеститах». Ванюшева указала, что родители и чиновники, разбиравшие этот эпизод, роман не читали, и об авторе, который за эту книгу получил Гонкуровскую премию, не слышали, что не помешало им обвинять учителя. Конфликт удалось урегулировать — по крайней мере, он не помешал педагогу в 2014 году стать лауреатом премии «Учитель года».

Также в ноябре 2013 года прокуратура Ставропольского края потребовала изъять из школьных библиотек книги Сергея Есенина и Владимира Набокова. Старший помощник прокурора края по надзору за исполнением законов о несовершеннолетних и молодёжи Курбангали Шарипов усмотрел в этих изданиях содержание, «несовместимое с задачами образовательного процесса». По его мнению, школьникам рано читать книги, в которых описывается «эротика, мистика и ужасы». После того, как история стала достоянием СМИ, позиция прокуратуры резко изменилась — Шарипова уволили из органов, а его позицию по поводу Набокова и Есенина в ведомстве назвали «частным мнением».

Это был не единственный случай, когда органы прокуратуры пытались вмешаться в деятельность библиотек. В июле 2015 года прокуратура Челябинской области, проверяя детский лагерь «Горный», предписала убрать ряд изданий, нарушающих закон «О защите детей от информации, причиняющей вред их здоровью». По мнению надзорного ведомства, до достижения 12-летнего возраста детям должны быть запрещены «Собачье сердце» Михаила Булгакова, а до 16-летнего — сборник сказок «Тысяча и одна ночь».

Журналисты, анализируя всю волну громких дел, связанных с запретами книжных изданий, попытались выяснить, какой же конфликт в этой череде стал первым. Среди них скандалы, связанные с книгами «Целоваться запрещено» Ксении Драгунской и «Свеча на ветру» Теренса Уайта. В обоих случаях внимание к книгам привлекли не правоохранительные органы, а читатели. В январе 2013 года в одной из ставропольских школ учащийся обнаружил «гомосексуальные мотивы» в книге Уайта «Свеча на ветру». Предметом анализа чиновников тогда стала фраза: «Ланселот, размахивая в воздухе гантелями, издавая бессловесный шум, напряжённо размышлял о короле Артуре. Он был влюблён в короля».

В феврале 2013 года Уральский родительский комитет потребовал изъять из продажи книги Драгунской, обнаружив в них «признаки экстремизма, пропаганды детского суицида и насилия». Возмущение родительского сообщества вызвали несколько цитат. Одна из них гласила: «Я залезу на крышу самого высокого дома, и буду стрелять из автомата по праздничной толпе, и смотреть, как они там все визжат и превращаются в кровавые лохмотья». За Драгунскую тогда вступился классик детской литературы Владислав Крапивин, который отметил, что при желании можно найти экстремизм и в его книгах.

Российские библиотеки от массового пересмотра допустимых к выдаче по тем или иным причинам изданий пока спасает только масштабность задачи. По данным Министерства культуры, в стране действует 42 520 библиотек, в которых хранится около двух миллиардов книг. И пока чтобы промаркировать на всех возрастной ценз или пометить как «неблагонадёжные» в бюджете средств не заложено.

ИСТОЧНИК

Веб-мани: R477152675762