«Железная» Карла!

Юрий Скуратов

Еще в кон­це 1998 го­да, ког­да все бы­ло спо­кой­но, меж­ду Ген­про­кура­тура­ми Рос­сии и Швей­ца­рии бы­ла дос­тигну­та до­гово­рен­ность о ви­зите Кар­лы дель Пон­те в Мос­кву. Си­ту­ация, од­на­ко, по­меня­лась, и при­езд швей­цар­ско­го про­куро­ра ока­зал­ся под боль­шим воп­ро­сом.

При­езд Кар­лы дель Пон­те пла­ниро­вал­ся на 23 мар­та 1999 го­да. Ни пре­зидент, ни по­сол, ни ми­нистр инос­тран­ных дел Швей­ца­рии не ре­комен­до­вали ей ехать в Рос­сию на встре­чу со мной. И здесь про­явил­ся твер­дый ха­рак­тер гос­по­жи дель Пон­те. Она вни­матель­но изу­чила прес­су, мои ин­тервью, и, пос­коль­ку ей бы­ло из­вес­тно о на­шем рас­сле­дова­нии по де­лу «Ма­бетек­са», а так­же име­на тех крем­лев­ских чи­нов­ни­ков, ко­торых оно не­пос­редс­твен­но зат­ро­нуло, в ис­то­рию с ком­про­матом на ме­ня она не по­вери­ла. Она по­вери­ла в мою чес­тность и не­винов­ность и по раз­вя­зан­ной про­тив ме­ня кам­па­нии у нее сло­жилось впол­не оп­ре­делен­ное собс­твен­ное мне­ние.

 Она мно­гим рис­ко­вала, при­летев в Мос­кву, но, зная ее вы­дер­жку и ха­рак­тер, я не уди­вил­ся это­му пос­тупку. Гос­по­жа дель Пон­те очень под­держа­ла ме­ня в те дни.

Пред­ставь­те се­бе: на ме­ня ль­ют грязь, го­сударс­твен­ная ма­шина трав­ли за­пуще­на по пол­ной прог­рамме, а она в ин­тервью вли­ятель­но­му рос­сий­ско­му жур­на­лис­ту Хин­штей­ну, при­ехав­ше­му в те дни в Швей­ца­рию, го­ворит:

– Очень важ­но, что­бы бы­ли про­куро­ры, за­нима­ющи­еся де­лами кор­рупции. Ску­ратов, да­же отс­тра­нен­ный от дел, по­казал всем, и мне в час­тнос­ти, что он блес­тя­щий про­фес­си­онал, нас­то­ящий про­курор, ру­ководс­тву­ющий­ся толь­ко за­коном. Каж­дый про­курор дол­жен на­чинать рас­сле­дова­ние толь­ко тог­да, ког­да есть кон­крет­ные фак­ты о со­вер­шенном прес­тупле­нии. В та­ком слу­чае нуж­но на­чинать рас­сле­дова­ние. Ес­ли вы не де­ла­ете это­го, вы сла­бый про­курор…

Очень «про­фес­си­ональ­ным» у нее бы­ло от­но­шение и к пре­зиден­ту Ель­ци­ну. Как че­ловек опыт­ный, она ни­ког­да не выс­ка­зыва­ла пуб­лично по от­но­шению к не­му ка­ких-ли­бо сво­их лич­ных взгля­дов. Глав­ным для нее бы­ло от­но­шение к за­кону: ес­ли ты кор­рупци­онер, то ни­како­го зна­чения не име­ло – пре­зидент ты или нет и ка­кие у те­бя по­лити­чес­кие убеж­де­ния.

Ко­неч­но, слож­ностей в свя­зи с при­ез­дом Кар­лы дель Пон­те бы­ло мно­го. Во-пер­вых, ей дол­го не да­вали ви­зу, тя­нули. За два дня до при­лета – бес­пре­цеден­тный слу­чай! – у нее еще не бы­ло ви­зы – у нее, од­но­го из круп­ней­ших го­сударс­твен­ных чи­нов­ни­ков Швей­ца­рии! Та­кого в ис­то­рии от­но­шений меж­ду на­шими дву­мя стра­нами ни­ког­да не бы­ло – я, во вся­ком слу­чае, не слы­шал. Я по­нимал, что Мос­ква очень не хо­тела, что­бы швей­цар­ский Ген­про­курор при­ез­жа­ла к нам: на крем­лев­ском хол­ме яс­но пред­став­ля­ли, ка­кие сен­са­ци­он­ные до­кумен­ты она мо­жет при­вез­ти.

Приш­лось мне зво­нить При­мако­ву и объ­яс­нять, что бу­дет боль­шой ошиб­кой и круп­ным скан­да­лом, ес­ли швей­цар­ский Ген­про­курор не смо­жет из-за ви­зовых проб­лем при­ехать в Рос­сию. Ведь ло­гич­но: коль не да­ли ви­зу – зна­чит, рыль­це-то в пуш­ку. На­до от­дать дол­жное: ви­зу пос­ле это­го да­ли прак­ти­чес­ки мо­мен­таль­но.

Встал воп­рос и об ох­ра­не. Кар­ла дель Пон­те в те дни в сво­ей стра­не бы­ла единс­твен­ным ли­цом, ох­ра­ня­емым го­сударс­твом.

В Швей­ца­рии за ней шла проч­ная сла­ва стой­ко­го бор­ца с ма­фи­ей, бан­ди­тиз­мом и кор­рупци­ей, и на нее уже бы­ло со­вер­ше­но в свое вре­мя два или три по­куше­ния. По­это­му гос­по­жу дель Пон­те у се­бя и бе­рег­ли, и по­чита­ли. То же са­мое дол­жно бы­ло быть и у нас: и бро­ниро­ван­ный ав­то­мобиль, и ре­бята в стро­гих тем­ных кос­тю­мах.

Свя­зались с ФСО – Фе­дераль­ной служ­бой ох­ра­ны – и не­ожи­дан­но по­лучи­ли рез­кий от­каз.

Ста­ло по­нят­но: Ад­ми­нис­тра­ция пре­зиден­та чи­нит пре­пятс­твия и здесь.

Вык­ру­тились бла­года­ря то­му, что моя слу­жеб­ная ма­шина бы­ла бро­ниро­ван­ной. Пос­ле то­го, как еще в се­реди­не 1999 го­да на мое имя пос­ту­пило нес­коль­ко уг­роз из Гер­ма­нии от око­пав­шихся там на­ших ма­фи­ози, служ­ба ох­ра­ны вы­дели­ла мне та­кой ав­то­мобиль; име­лась и ма­шина соп­ро­вож­де­ния. По­это­му, по­думав, мы ре­шили обой­тись сво­ими си­лами и в ФСО боль­ше не об­ра­щать­ся.

* * *

Кар­ла дель Пон­те при­лете­ла в Ше­реметь­ево на спе­ци­аль­ном са­моле­те, я ее встре­тил в а­эро­пор­ту. Не мо­гу не от­дать дань му­жес­тву этой жен­щи­ны. Как я уже го­ворил, МИД Швей­ца­рии ка­тего­ричес­ки не ре­комен­до­вал ей ехать в Рос­сию: в этой ма­лень­кой аль­пий­ской стра­не прек­расно по­нима­ли, что тво­рит­ся в Мос­кве, нас­коль­ко ба­цил­лы кор­рупции разъ­ели «влас­тный ор­га­низм» Рос­сии, в от­кры­тую опи­сыва­ли ей, сколь опас­ной для нее мо­жет ока­зать­ся эта по­ез­дка. Но гос­по­жа дель Пон­те пос­ту­пила так, как ей под­ска­зыва­ла со­весть: нес­мотря на все пре­дос­те­реже­ния, она в Рос­сию по­еха­ла.

Преж­де все­го, как и по­лага­ет­ся по рус­ско­му обы­чаю, мы по­обе­дали. Лиш­них воп­ро­сов гос­по­жа дель Пон­те не за­дава­ла. Она име­ла хо­рошую, хо­тя и не пол­ную, ин­форма­цию о том, что про­ис­хо­дит у нас, и, чес­тно го­воря, со­чувс­тво­вала мне – она прек­расно по­нима­ла, что оз­на­ча­ет ока­зать­ся в мо­ей шку­ре.

Пер­вый день мы про­вели в пе­рего­ворах – пять ча­сов без пе­реры­ва. В це­лях бе­зопас­ности она все же ре­шила вер­нуть­ся в Мос­кву и ос­тать­ся на ночь в швей­цар­ском по­соль­стве.

Не ме­нее плот­ным и труд­ным был и вто­рой наш день. В ос­новном раз­го­вор шел о воз­вра­те не­закон­но пе­река­чан­ных за кор­дон де­нег об­ратно в Рос­сию. Этих де­нег в од­ной толь­ко Швей­ца­рии бы­ло мно­го, очень мно­го.

По ин­форма­ции Кар­лы дель Пон­те, в бан­ки Швей­ца­рии бы­ло пе­река­чано приб­ли­зитель­но 60 мил­ли­ар­дов «рус­ских» дол­ла­ров. При­чем, как она са­ма приз­на­валась, эта оцен­ка весь­ма за­нижен­ная. Точ­ную сум­му не зна­ет ник­то. А день­ги ко­лос­саль­ные. У нас в бюд­же­те стра­ны в тот пе­ри­од нас­чи­тыва­лось где-то 16 мил­ли­ар­дов, еще 4 – за­ем­ные. Здесь же, по са­мым скром­ным оцен­кам, – три бюд­же­та! И это толь­ко в ма­лень­кой Швей­ца­рии. А сколь­ко де­нег раз­бро­сано по оф­шо­рам все­го ми­ра?..

А ведь день­ги эти мож­но вер­нуть, и уни­жать­ся ни пе­ред кем не на­до – и дол­ги, и кре­диты, при­чем с не­малы­ми про­цен­та­ми. Ме­ханизм воз­вра­та де­нег хо­тя и не прост, но ре­ален – в пер­вую оче­редь не­об­хо­димо ре­шение рос­сий­ско­го су­да. Но вот его-то, как я по­нимал, до­бить­ся прак­ти­чес­ки не­воз­можно. Про­тив та­кого ре­шения су­да кость­ми ля­гут все «де­неж­ные меш­ки» Рос­сии. Крем­лев­ские бо­гачи, ко­их то­же не­мало, убе­рут лю­бого судью и с лю­бым про­куро­ром пос­ту­пят так же, как и со мной, ес­ли тот ста­нет по­кушать­ся на «боль­шой кар­ман».

За­бегая впе­ред, ска­жу, что так оно и ока­залось: как толь­ко две­ри про­кура­туры пе­редо мной бы­ли зак­ры­ты, мно­гие кор­рупци­он­ные де­ла ока­зались спу­щен­ны­ми на тор­мо­зах. Су­деб­ные про­цес­сы, ес­тес­твен­но, не сос­то­ялись. А мил­ли­ар­ды кров­ных рос­сий­ских руб­лей, точ­нее – дол­ла­ров, ев­ро, фун­тов… – по-преж­не­му ос­та­ют­ся на заг­ра­нич­ных сче­тах во­рова­тых рос­сий­ских чи­нов­ни­ков и биз­несме­нов.

Пос­ле двух дней ра­боты мы от­ме­тили ус­пешное за­вер­ше­ние пе­рего­воров обе­дом в Ге­нераль­ной про­кура­туре. Я по­дарил гос­по­же дель Пон­те ог­ромный бу­кет цве­тов, и мы все по­еха­ли про­вожать ее в а­эро­порт.

Все­воз­можные груз­чи­ки, зап­равщи­ки, во­дите­ли ав­то­каров, на­ходив­ши­еся вбли­зи са­моле­та швей­цар­ско­го Ген­про­куро­ра, бы­ли пе­ре­оде­тыми ра­бот­ни­ками со­от­ветс­тву­ющих спец­служб. Как поз­днее мне рас­ска­зали, в Крем­ле страш­но бо­ялись, что я всту­пил с Кар­лой дель Пон­те в сго­вор, по­пыта­юсь на ее са­моле­те уле­теть за ру­беж и уже от­ту­да нач­ну вес­ти ра­зоб­ла­читель­ную кам­па­нию про­тив пре­зиден­та и его семьи.

Жес­тко ме­ня пре­дуп­ре­дили:

– Юрий Иль­ич, да­же не пы­тай­тесь зай­ти в са­молет.

Ста­ло по­нят­но, что ес­ли бы я стал про­вожать гос­по­жу дель Пон­те не до тра­па, а, ска­жем, до са­лона, до крес­ла, то са­молет в ту же ми­нуту на­чали бы штур­мо­вать спец­на­зов­цы.

При­езд Кар­лы дель Пон­те в Мос­кву за­пом­нился еще од­ним очень ин­те­рес­ным эпи­зодом, зас­та­вив­шим ме­ня за­ува­жать свою швей­цар­скую кол­ле­гу еще силь­нее. Рас­ска­зала она о сос­то­яв­шей­ся в этот при­езд встре­че со Сте­паши­ным, воз­глав­лявшим тог­да МВД.

Эта встре­ча име­ла лю­бопыт­ную пре­дыс­то­рию. Ког­да я уже был отс­тра­нен от дол­жнос­ти, в Швей­ца­рию с ви­зитом по­еха­ли Сте­пашин и Се­лез­нев. Сте­паши­на Кар­ла встре­тила очень хо­лод­но. Вна­чале она во­об­ще не хо­тела ви­деть­ся с ним. Но пос­коль­ку кро­ме Сте­паши­на при­еха­ла офи­ци­аль­ная де­лега­ция Гос­ду­мы во гла­ве с Се­лез­не­вым, она при­няла их обо­их. Чувс­твуя неп­ри­язнь дель Пон­те, Сте­пашин ста­рал­ся дер­жать­ся на рас­сто­янии, но все же не вы­дер­жал и ска­зал: «Да­вай­те, гос­по­жа дель Пон­те, бу­дем сот­рудни­чать в пла­не воз­вра­щения рос­сий­ских де­нег на ро­дину. В Рос­сии МВД – это серь­ез­ная ор­га­низа­ция по борь­бе с кор­рупци­ей».

Кар­ла хо­лод­но пос­мотре­ла на не­го и рез­ко ска­зала: «Гос­по­дин Сте­пашин, вы пред­став­ля­ете ве­домс­тво МВД, а речь идет о фе­дераль­ной про­кура­туре. Есть по­лиция Швей­ца­рии, вы с ней и сот­рудни­чай­те. Мы же – ор­ган юс­ти­ции и от­лично сот­рудни­ча­ем с гос­по­дином Ску­рато­вым, и я рас­счи­тываю, что это сот­рудни­чес­тво бу­дет про­дол­же­но».

Сте­пашин ей сго­ряча от­ве­тил: «О Ску­рато­ве мо­жете за­быть, он уже ни­ког­да не вер­нется на свое мес­то».

На что Кар­ла дель Пон­те ска­зала еще бо­лее жес­тким то­ном: «В этом слу­чае ни о ка­ком сот­рудни­чес­тве речь не мо­жет ид­ти во­об­ще. – И как бы меж­ду про­чим до­бави­ла: – А что, Со­вет Фе­дера­ции уже ре­шил судь­бу гос­по­дина Ску­рато­ва?»

Я срав­ни­вал по­том пос­ту­пок это­го, в об­щем-то, неб­лизко­го мне че­лове­ка с по­веде­ни­ем мно­гих на­ших вы­соко­пос­тавлен­ных чи­нов­ни­ков, пе­рес­тавших ме­ня за­мечать уже на сле­ду­ющий день пос­ле мо­ей опа­лы. Она же по­каза­ла, что це­нит и лич­нос­тный мо­мент и не со­бира­ет­ся сот­рудни­чать с те­ми ве­домс­тва­ми, ко­торые гру­бым об­ра­зом по­пира­ют за­кон.

Сте­паши­ну ни­чего не ос­та­валось де­лать, как все это «ску­шать».

Так вот, в Мос­кве он сно­ва за­хотел встре­тить­ся с ней. Она от­ка­зыва­лась ка­тего­ричес­ки. Тог­да Сте­пашин поз­во­нил мне и поп­ро­сил, что­бы я по­мог ор­га­низо­вать их встре­чу. В то вре­мя Сте­пашин вел двой­ную по­лити­ку: он за­иг­ры­вал и с Ель­ци­ным, и со мной – бо­ял­ся за свое крес­ло. На этот раз он вы­пол­нял по­руче­ние Ель­ци­на и «семьи».

Я не стал воз­ра­жать и при удоб­ном слу­чае поп­ро­сил дель Пон­те при­нять Сте­паши­на хо­тя бы на нес­коль­ко ми­нут. Кар­ла сог­ла­силась. И вот пе­ред отъ­ез­дом она рас­ска­зала мне о со­дер­жа­нии бе­седы. О том, как Сте­пашин все вре­мя под­во­дил раз­го­вор к воп­ро­су: о чем же шли на­ши с ней пе­рего­воры, есть ли у нее что-то на Ель­ци­на и дру­гих крем­лев­ских чи­нов­ни­ков или нет? Бу­дучи ум­ной жен­щи­ной, дель Пон­те по­нима­ла, чем мо­жет обер­нуть­ся для ме­ня ее по­ложи­тель­ный от­вет, под ка­кую ла­вину я по­паду.

– Я ему ска­зала, что ни­чего не при­вез­ла. Ни-че-го! – с ка­ким-то неп­ри­выч­ным для нее дет­ским озорс­твом ска­зала она мне.

Сте­пашин же, как она вспо­мина­ла, сра­зу с об­легче­ни­ем вздох­нул и ра­дос­тно за­улы­бал­ся.

– Мне да­же смеш­но ста­ло, как он об­ра­довал­ся, – про­дол­жа­ла Кар­ла и до­бави­ла: – Я ду­маю, пра­виль­но пос­ту­пила, что ему так ска­зала. А мы бу­дем про­дол­жать свое де­ло…

От­сю­да, ви­димо, и по­шел слух, что Кар­ла ни­чего не при­вез­ла.

 На са­мом же де­ле мы по­лучи­ли ма­тери­алы и по «Ма­бетек­су», и по «А­эроф­ло­ту» с «Ан­да­вой», и по «Мер­ка­та Трей­динг»...и другие.

Карла, конеч­но, на­ходи­лась в очень слож­ном по­ложе­нии, ког­да при­еха­ла. Как она са­ма го­вори­ла, ей очень хо­телось при­вез­ти мне но­вые, ра­зоб­ла­ча­ющие Кремль до­кумен­ты, сче­та и так да­лее.  В то вре­мя у нее уже бы­ли на ру­ках многие ма­тери­алы. Но дать их мне она не име­ла пра­ва. Не мог­ла по прос­той при­чине: Па­кол­ли оп­ро­тес­то­вал их изъ­ятие у не­го из офи­са че­рез суд, и по­ка суд не вы­нес свое ре­шение, что изъ­ятие про­ис­хо­дило «по за­кону», она не име­ла пра­ва пус­кать эти до­кумен­ты в де­ло и тем бо­лее пе­реда­вать их ко­му-ли­бо. Это был чис­то фор­маль­ный мо­мент, че­рез ко­торый «пе­реп­рыгнуть» без на­руше­ния за­кона не­воз­можно.

Од­на­ко Кар­ла дель Пон­те наш­ла вы­ход и здесь. Нель­зя пе­редать до­кумен­ты из рук в ру­ки? Так мож­но пе­редать на сло­вах то, что в них со­дер­жится. По­это­му она да­ла ши­рокую ус­тную ин­форма­цию – о про­вер­ках де­нег, плас­ти­ковых кар­точках… С ука­зани­ем имен, цифр, стран, ку­да пош­ли день­ги и как. А поз­днее приш­ли и до­кумен­ты: Чуг­ла­зов по­лучил че­рез не­кото­рое вре­мя ко­пии сче­тов, вы­пис­ки из кре­дит­ных карт, бан­ков­ских пе­рево­дов и так да­лее.

Кар­ла – очень дос­той­ный че­ловек, и я бла­года­рен судь­бе, что све­ла ме­ня с ней. Она сыг­ра­ла во всей этой ис­то­рии боль­шую роль. На­чав­ше­еся в Швей­ца­рии рас­сле­дова­ние по де­лу Бо­роди­на ста­ло еще од­ной сво­еоб­разной фор­мой мо­ей ре­аби­лита­ции. Бу­ду спра­вед­лив: в от­ли­чие от прес­мы­кав­шей­ся пе­ред влас­тя­ми рос­сий­ской Ге­нераль­ной про­кура­туры швей­цар­ская дей­ство­вала объ­ек­тивно.

Очень жаль, что нам с Кар­лой дель Пон­те не да­ли по­рабо­тать вмес­те. Дос­та­точ­но ска­зать, что при­мер­но из 40 дел, ко­торые рас­сле­дова­ла рос­сий­ская Ге­нераль­ная про­кура­тура, две тре­ти ве­ли за гра­ницу. А по­лови­на из них свя­зана со Швей­ца­ри­ей, по­тому что «но­вые рус­ские» от­кры­вали сче­та в бан­ках этой стра­ны.

Соз­на­юсь, я был очень рас­тро­ган и бла­года­рен Кар­ле дель Пон­те за ее под­дер­жку в та­кое труд­ное для ме­ня вре­мя. Пе­режи­вания и бес­по­кой­ство ее чувс­тво­вались и поз­же, ког­да она в са­мые кри­тичес­кие для ме­ня мо­мен­ты зво­нила и под­держи­вала ме­ня, да­же не за­быва­ла поз­драв­лять ме­ня с днем рож­де­ния. Зво­нила и са­ма, и че­рез Фи­лип­па Ту­рове­ра, ко­торый пе­рево­дил. Ког­да ме­ня отс­тра­нили уже окон­ча­тель­но, я на­писал ей очень теп­лое бла­годарс­твен­ное пись­мо за ее под­дер­жку. От­вет при­шел уже из Га­аги, из Меж­ду­народ­но­го уго­лов­но­го су­да, гла­вой ко­торо­го она бы­ла к то­му вре­мени из­бра­на. От­но­шения мы под­держи­ва­ем до сих пор – доб­рые и дру­жес­кие.

Веб-мани: R477152675762