Как YouTube стал проблемой для кремля.

Сразу две новости всколыхнули общественность в последние дни. Стало известно, что при комитете по информационной политике, информационным технологиям и связи Госдумы может появиться комиссия, в состав которой войдут наиболее популярные блогеры. С такой инициативой выступил самый молодой депутат нижней палаты парламента 21-летний Василий Власов. Позднее пришла информация, что министр информационных технологий Московской области Максут Шадаев будет назначен советником администрации президента России, отвечая за информполитику региональных властей в соцсетях.

«Подобное внимание государства к интернету носит эпизодический характер. Нынешний виток начался сразу после протестных выступлений 26 марта. Тогда у власти случилось откровение: вот, оказывается, как много людей сидят в интернете, а не смотрят телевизор. Ну, раз так, то теперь телевизор им, видимо, будут показывать в интернете»,

Глава Центра урегулирования социальных конфликтов, политолог Олег Иванов подтверждает, что после массовых весенних протестов власть убедилась, что «телевидение превращается в архаичный инструмент». «Мартовские события показали очень важное изменение в информационном поле страны. Очевидно, что телевидение как основной вид манипуляции массовым сознанием уходит в прошлое. Так, многие митинги не были санкционированы властями, телевидение их не анонсировало, и большинство участников узнали о них благодаря социальным сетям, в которых оппозиция традиционно работает очень активно».

Медиаэксперт Антон Коробков-Землянский в беседе с «URA.RU» предложил смотреть на причины активности власти шире, указав, что работа в интернете «носит плановый характер». «Я не думаю, что к этому власть подстегнули протестные акции в марте. Просто мы входим в президентскую кампанию, и социальные сети становятся значимым инструментом. Судите сами, суточная аудитория „ВКонтакте“ и „Одноклассников“ превышает таковую федеральных каналов. Естественно, их нельзя игнорировать» .

По его словам, власть прекрасно понимает значимость и преимущества интернета. «Интернет в первую очередь дает интерактив — обратную связь, чем не обладает, в частности, телевидение».

По мнению Кононенко, сейчас государство активно займется мониторингом пабликов, будет отслеживать группы, в которых концентрируется протестная активность: «Отдельная проблема для власти — это YouTube, с ним надо учиться работать. Есть соблазн его закрыть, но на это никто не пойдет — издержки такого решения чересчур велики. Поэтому необходимо перебивать его контентом другим, более интересным».

 Страхи пользователей, что «режим прихлопнет интернет», безосновательны: «Интернет — это даже не инфраструктура, а идея. Если завтра в России отрежут все провода, через полгода обязательно появятся альтернативные сети».

Однако пока государство не смогло выработать принципиально новых подходов работы с сетью, «Новое руководство внутриполитического блока АП делает пока ставку на установление контроля за ключевыми политическими узлами Рунета, такими как «Яндекс-новости» и телеграм-каналы. Однако все остальные ключевые соцсети, такие как «ВКонтакте», Whatsapp, YouTube, «Одноклассники», Facebook и Twitter, пока находятся на периферии внимания властей.

Между тем важен ведь не контроль за контентом соцсетей со стороны власти, а регулярное, плотное и конструктивное взаимодействие представителей и сторонников власти с обитателями соцсетей. Движения власти в этом направлении пока нет, и судя по бесхитростным попыткам руководства Госдумы скупить на корню видеоблогеров из YouTube, и не предвидится».

Он полагает, что в ближайшее время власть пойдет в своей работе по проторенному пути — займется скупкой уже существующих в каждой из ключевых соцсетей «лидеров мнений» и попытается включить их в уже существующие бот-сети по распространению лоялистского контента.

«Это тупиковый путь, он ведет к вырождению медиаоболочки любой соцсети, попавшей под контроль провластных спам-ботов, потере доверия обитателей этих соцсетей к контенту, распространяемому властью.

Наиболее свежий пример — это вырождение телеграм-сообщества, которое буквально в течение последних двух месяцев было засорено различными «источниками из Кремля», которые публикуют отсебятину, не имеющую никакого отношения к реальности.

Потерю доверия к «лидерам мнений», перешедших под полный контроль власти, можно наблюдать и на примере телеграмм-канала «Незыгарь». Выход из этого тупика мне видится в поддержке властью независимости уже существующих в соцсетях лидеров мнений, особенно регионального масштаба».

Он считает, что не нужно стремиться к тотальному доминированию в соцсетях штатных лоялистов на зарплате, нужно создавать у простых пользователей соцсетей стимулы для самостоятельного, добровольного волнового распространения провластного контента.

Депутат Василий Власов, предложивший создать совет блогеров при парламенте, уверен: государство не стремится к тотальному контролю в Сети. «Вовлечение блогеров в общественно-политическую жизнь — это использование их компетенций. У нас вот много специалистов в Сети, которые хорошо разбираются, например, в дорожном строительстве. Причем у них есть своя аудитория. Их не надо контролировать, с ними надо работать — приглашать, выслушивать».

Видеоблогер Евгений Баженов, больше известный в Сети как Bad Comedian, назвал инициативу Власова «профанацией и имитацией бурной деятельности».

«Они хотят, чтобы я к ним приходил и на стульчике сидел? Зачем? Все, что я хочу сказать, я говорю в своих роликах. Ходить туда — время терять».

«Видно, что государство активизировало работу в сетях. Но, к сожалению, она идет по двум направлениям: пустой пиар и запрет чего-либо. Это совершенно неэффективно», — уверен блогер, полагая, что власть должна стремиться к интерактиву.

«Вот пишут люди в паблике в Твери, что у них посреди дороги большая яма. На пост в идеале должен отреагировать чиновник, а яму заделать. Такие good-действия народу нравятся, а все остальное — болтовня. Ей как раз блогеры занимаются», — сказал Баженов.

«Работа с молодежью в интернете», о которой сейчас много говорят президентская администрация и круг ее экспертов, выглядит проблемной не столько из-за «интернета», сколько из-за «молодежи».

«Набор технических приемов, позволяющих влиять на интернет-среду, властью в целом освоен и будет осваиваться дальше. Сложность в том, чтобы определиться с задачами, тем более с долгосрочными. В молодежной политике середины 2000-х годов, тогда в основном «офлайновой», общее направление было понятно: создать костяк лояльных активистов, давая им взамен «карьерные лифты» для самореализации, плюс создать привлекательную телевизионную картинку «правильной» молодежи, которая массово поддерживает политическую стабильность и заодно занимается полезными делами.

Просто взять такую стратегию прошлого десятилетия и перенести ее в интернет — не получается, а другой, похоже, просто нет.

Принципиально в подходах государства ничего не меняется. «Проблема в молодежной политике, которая должна быть более детально проработана. В частности, есть спорные вещи, касающиеся работы с видеоблогерами и их подчас бессодержательным контентом».

Впрочем, эксперты указывают и на то, что государство методом проб и ошибок пытается найти золотую середину в работе с виртуальным полем. «Государство обратило внимание на сетевых лидеров мнений, понимая их роль в будущем. С ними начали встречаться, приглашать»

ИСТОЧНИК

 

Веб-мани: R477152675762