Почему у СССР не получился интернет.

Для 12-летнего Олега Гимаутдинова обучение программированию в советской школе сводилось к чтению учебников. Многим его одноклассникам вскоре надоела сухая теория, и они охладели к предмету. Но Олег не собирался сдаваться - его завораживали компьютеры, и он очень хотел попрактиковаться на настоящих машинах. Гимаутдинов и несколько его друзей начали искать возможности для осуществления этой мечты.

В начале 1980-х годов компьютеров в школах не было. Их можно было найти только в университетах и на предприятиях, администрация которых не жаловала школьников.
Но Гимаутдинову с друзьями удалось договориться, и им разрешили поработать на настоящих компьютерах, многие из которых представляли собой клоны американских машин.
Тогда они и не подозревали, что эти громоздкие клавиатуры и мониторы были первыми узлами отечественного интернета, который, как рассчитывала горстка исследователей, должен был вдохнуть новую жизнь в советскую экономику.
К тому времени эти специалисты уже несколько десятилетий пытались убедить государственные структуры в необходимости создания компьютерной сети, которая связала бы между собой тысячи ЭВМ по всей стране.

Это был бы аналог сети, создававшейся в те годы в США и Западной Европе - сети, которая со временем превратилась в современный интернет.
"Речь шла об интернете версии 1.0", - поясняет Бен Питерс, исследователь из Университета Талсы в штате Оклахома и автор книги о проекте советского интернета (How Not to Network a Nation: The Uneasy History of the Soviet Internet).
"Децентрализованная иерархическая компьютерная сеть в реальном масштабе времени управляла бы всеми информационными потоками советской административно-командной экономики".

Но советский проект, известный под аббревиатурой ОГАС (ОбщеГосударственная Автоматизированная Система), так и остался на бумаге. И вот почему.
Советский интернет был детищем одного из основателей кибернетики Виктора Глушкова, которого, в свою очередь, вдохновили труды Анатолия Китова - создателя первых советских ЭВМ. Китов впервые предложил создать национальную сеть ЭВМ еще в 1959 году. Посвященный ему российский документальный фильм под названием "Интернет полковника Китова" доступен в сети; начало ленты здорово смахивает на фильмы о Джеймсе Бонде.
Китов направил свое предложение Хрущеву, тогдашнему генеральному секретарю ЦК КПСС, но уже тогда стало очевидно, что воплотить его идею в жизнь будет делом нелегким - и не только из-за технических сложностей.
"Необходимо помнить, что в СССР имелись компьютерные сети, но они использовались в военных целях", - говорит Питерс. А вот сугубо гражданская сеть, которая могла бы стимулировать рост экономики, была принципиально новым проектом.

Глушков приступил к теоретической части работы над проектом ОГАС в начале 1960-х годов. Предполагалось, что любому гражданину СССР может понадобиться доступ к сети по работе, так что для начала необходимо было собрать массив информации буквально обо всем - от структуры рабочей силы в стране до уровня производства и размеров рынков сбыта продукции.
К 1970 году Глушков разработал детальный план реализации проекта и отправил его вверх по инстанции.
Но когда дело дошло до обсуждения в руководстве Коммунистической партии, министр финансов заявил о своем категорическом несогласии с проектом.
Он подчеркнул, что ЭВМ уже и так используются для того, чтобы включать и выключать свет в курятниках, и в создании национальной сети подобных машин нет необходимости.
По слухам, министр на самом деле был обеспокоен тем, что ОГАС может повлиять на баланс сил между его ведомством и Центральным статистическим управлением.
Несмотря на определенную поддержку со стороны других членов правительства, предложение Глушкова отклонили. Но его идея не умерла - и он боролся за свой проект в течение еще 12 лет.

В ряде советских городов уже функционировали небольшие по масштабам локальные компьютерные сети. А много лет спустя, во время обучения в Новосибирском государственном университете, Гимаутдинов наткнулся на компьютер, который в свое время был соединен напрямую с Москвой, расположенной более чем в 3 тысячах километров.
Но, по словам Питерса, тогдашний советский "интернет" представлял собой не сеть в современном смысле слова, а лоскутное одеяло.
Поддержание работоспособности локальных сетей требовало постоянной серьезной работы над аппаратной частью, говорит Борис Малиновский, член ученого совета украинского Института кибернетики имени Глушкова и автор ряда книг о советской компьютерной отрасли (одна из них даже была написана на английском языке).
Но производство ЭВМ в стране не отличалось большой эффективностью и оперативностью. Это давало скептикам дополнительную причину для беспокойства относительно стоимости реализации проекта ОГАС.
По некоторым оценкам, на его полную реализацию потребовалось бы потратить 20 млрд рублей - примерно 100 млрд долларов в нынешних ценах. Кроме того, для обслуживания сети понадобилось бы привлечь 300 тысяч человек персонала.
Все эти обстоятельства привели к тому, что советский интернет так и не был создан.

Сын Анатолия Китова Владимир не понаслышке знает о работе над развитием советских сетевых технологий. Сейчас Владимир преподает в Российском экономическом университете имени Плеханова в Москве. А в 1970-80-х годах он писал программное обеспечение для управления крупными танкостроительными предприятиями.
По мнению Китова, проект ОГАС имел бы положительное влияние на советскую экономику - как и рассчитывали его приверженцы.
Гимаутдинов вспоминает университетские лекции, на которых преподаватели подчеркивали преимущества подобной сети: "Это звучало очень увлекательно - значительное повышение эффективности за счет роста точности рутинных вычислений и сокращения задействованного в этих процессов персонала".
Предполагалось, что упрощение и ускорение обмена данными привело бы к установлению большего контроля над экономикой.
Но все упиралось в закостенелость советской системы, отмечает Китов. "Все происходило в соответствии с планом, вне рамок которого просто ничего нельзя было сделать, - говорит Гимаутдинов. - Можно было приобрести только два фасона туфлей - коричневые или черные. Магазины были ими завалены, но никто не хотел их брать".
А между разными министерствами и региональными властями нередко разгорались конфликты - по словам Гимаутдинова, каждый элемент бюрократической машины боялся лишиться своей сферы влияния.

К 1980-м годам остро назрела необходимость реформ. В конечном счете глубинные проблемы советской экономики попытались решить путем горбачевской перестройки. Но можно ли было добиться этого при помощи проекта ОГАС?
Одним из препятствий стала и смерть Глушкова, стоявшего у истоков советской компьютерной сети и сыгравшего ключевую роль в борьбе за ее создание. Глушков умер в 1982 году в возрасте 58 лет, после продолжительной болезни.
"После его смерти проект фактически был обречен", - отмечает Питерс.
Впрочем, в 1980-х идея ОГАС уже освещалась в СМИ - рассказывали о ней и в школах, в том числе в школе Олега Гимаутдинова. Некоторое время после смерти Глушкова его проект продолжали продвигать последователи.
Одним из них стал Михаил Ботвинник - прославленный гроссмейстер, интересовавшийся программированием.
Ботвинник экспериментировал с ранними версиями компьютерных шахматных программ, пытаясь заставить их "думать" как гроссмейстер. Его алгоритмы использовались в планировании расписаний обслуживания советских атомных электростанций.
По словам Питерса, в хаосе 1990-х Ботвинник, которому тогда было за 80, попытался заинтересовать президента Ельцина идеей компьютерной сети, которая могла бы спасти экономику страны.
Но он потерпел неудачу - точно так же, как Глушков, Анатолий Китов и многие другие.
А всего через несколько лет появился известный нам всем интернет - всемирная паутина, выросшая из американского проекта Arpanet.
История советского интернета во многом повторяет историю самого Советского Союза. Но в ней отражены и технологические мечты того периода - мечты, которые в наше время стали реальностью.

Питерс упоминает в своей книге о сообществе кибернетиков, работавших под началом Глушкова, которые придумали утопичное государство под названием Кибертония и даже выдавали коллегам паспорта этой виртуальной страны.
В каком-то смысле это был прототип социальных сетей, которыми мы все сегодня пользуемся.
"Первые глобальные гражданские компьютерные сети появились в среде сотрудничавших друг с другом капиталистов, а не соревновавшихся социалистов, - пишет Питерс. - Капиталисты вели себя как социалисты, а социалисты - как капиталисты".
Советский интернет так никогда и не стал социальной платформой. Не не достиг он и своей главной цели - перезапуска советской экономики, переживавшей трудные времена.
Теперь, с высоты нашего цифрового века, становится очевидным, что приверженцы ОГАС и подобных ему проектов обгоняли свое время. Такие люди, как Анатолий Китов, Глушков и Ботвинник знали, что будущее - за широким сетевым взаимодействием.

ИСТОЧНИК

Веб-мани: R477152675762