МОЛОГА: расстрел при одном ее упоминании.

В период «электрификации всей страны» у руководителей СССР появился грандиозный проект «Большая Волга», который был амбициозным и по названию, и по целям. Советские инженеры собрались связать одной водной магистралью промышленные центры с сырьевыми районами, обеспечить страну дешевой электроэнергией и вдобавок закольцевать все моря европейской части державы. Первоначально решили строить плотины с низовьев Волги, от Каспия. Но в процессе разработки проекта вектор сменили. Сначала построили в Тверской области первое Иваньковское мини-море и проложили знаменитый канал Москва — Волга, превративший столицу в город-порт, и подступили к Ярославлю. Здесь решено было построить Средневолжскую ГЭС мощностью в 144 тысячи киловатт. Еще с весны 1932 года сразу в нескольких точках около города начались поиски места для будущей плотины.

В итоге в сентябре 1932 года строительство Ярославской плотины началось напротив Норского. Переселенцев из мест предполагаемого затопления селили в районе нынешней Суздалки и в рабочем поселке Средневолгоярстроя, который до сих пор называют Волгострой.  Плотина должна была перегородить Волгу в окрестностях Толгского монастыря. Монастырь был полностью выселен. Остались свободными все его здания и храмы. И монастырь был выбран властями для организации в нем управления строительством. Сюда на Толгу стали прибывать специалисты гидротехнических работ. Для испытания действующей модели будущего гидроузла был выбран Введенский собор и рядом стоящая звонница. В центре собора, от алтаря до западной стены, соорудили огромную белую плиту. У алтарной стены (на месте иконостаса) построили действующую модель будущего рукотворного моря площадью почти в 1000 кв. метром, с водопроводом, который имитировал Волгу. Вода текла по макету, изображавшему рельеф водохранилища, и упиралась в модель плотины. Для выхода отработанной воды в полу собора пробили отверстие, а в его подклети установили огромную бетонную ёмкость. Рядом с колокольней в маленьком кирпичном сооружении  установили два насоса. На колокольне был сооружен огромный металлический резервуар. Насосы нагнетали воду в резервуар, откуда она самотеком поступала в собор и выливалась, проходя плотину, на бетонную плиту. После этого по трубе сливалась в бетонную емкость под полом собора.

Удивительно, но столь грандиозный проект начали воплощать в жизнь практически вслепую! Строительство уже давно велось, а расчеты еще продолжались. И в ходе этих расчетов все яснее вырисовывалась картина последствий плотины: под воду ушли бы промышленные предместья Рыбинска, Тутаева и поселок Константиновский. Тутаев вода не затопила бы, но подмыла его высокие берега, обрушив райцентр прямо в водохранилище. А знаменитые моложские сенокосные луга превращались в гнилые болота. Выходило, что продолжать великую стройку — себе дороже…

Кроме этого выяснилось, что плотность грунтов под плотиной может не выдержать давления дамбы и всей массы воды, что могло привести к катастрофическим последствиям и для самого Ярославля. Специальная экспертная комиссия приняла решение перенести строительство дамбы из Ярославля в Рыбинск.

О гибели города Мологи и других затопленных земель Верхней Волги долгие годы было запрещено даже вспоминать под угрозой расстрела. Мологу неслучайно называют «русской Атлантидой». Шестьдесят с лишним лет назад под воду Рыбинского водохранилища ушла огромная цветущая территория — не только город Молога, но и около 700 ближних к нему сёл и деревень. Была затоплена восьмая часть Ярославской земли со всем, что было создано на ней людьми за многие века.

Молога считалась самой большой в России, сюда съезжались русские, восточные и европейские купцы.  Особо славилось в Мологе маслосыродельное производство. Девяносто процентов всего производимого в Ярославской губернии масла делалось именно под Мологой, и отправлялось оно даже в Лондон. В XVII веке Молога была отнесена к дворцовым посадам и поставляла к царскому столу судаков, осетров, стерлядей. А какие щедрые леса шумели в Мологском крае! Хвойные, дубовые, богатые ягодами и грибами, с многочисленным и разнообразным животным миром, многоголосьем птиц. Неслучайно Мологу стороной обходили страшные эпидемии болезней, воздух здесь был целебный.

Сейчас, в XXI веке, здесь нет ничего — ни храмов, ни монастырей, ни самого города Мологи, на этом месте плещутся волны Рыбинского водохранилища. Всего в Мологском уезде под воду ушло около 40 церквей. Одни были взорваны перед затоплением, другие просто затоплены.

Мологу иногда называют «город-призрак». Это потому, что в засушливые годы дно водохранилища обнажается, и остатки былого города ненадолго появляются из глубин, пугая следами грандиозного разрушения. Показываются из-под воды валунные фундаменты домов, сохранившиеся очертания улиц, остатки надгробий с кладбищ, булыжники городской мостовой…

Стройка века 1937 года, последствия которой не были продуманы, привела к огромным  потерям. Прежде всего это изломанные судьбы людей, изгнанных с родной земли - принудительное переселение мологжан началось весной 1937 года и растянулось на четыре года. Получив небольшую компенсацию за свои жилища, многие были вынуждены  скитаться по временным квартирам. А к весне 1941-го эвакуация людей из Мологи уже была похожа на бегство от неотвратимой беды. Дороги забиты машинами и подводами, от гибнущего города шли переполненные поезда. Сапёры поспешно уничтожали большие каменные здания, чтобы потом не было помех судоходству. Некоторые из мологжан со слезами вспоминают, как взрывали Богоявленский собор.

Из Мологи были выселены насильно около 30 тысяч человек, а всего из Мологского уезда — около 130 тысяч. Никто не знает, сколько людей погибло при строительстве гидроэлектростанции, сколько, при насильственном переселении —сколько — при затоплении. В архивах музея истории города Рыбинска был найден рапорт лейтенанта НКВД Склярова начальнику Волгостроя. В нём сообщалось, что официально при затоплении погибло 294 человека. По словам лейтенанта, все эти люди страдали нервным расстройством, потому что решили добровольно уйти из жизни вместе с городом, запершись в своих домах. Река Молога для многих тысяч людей стала рекой скорби.

14 апреля 1941 года на мологские земли, плодородные пашни, заливные луга, шумящие леса ринулись ревущие волны воды. И накрыли всё. Вслед за людской трагедией настала очередь животных. Очевидцы рассказывали о тысячах птиц, метавшихся в поисках утраченных гнездовий; многочисленных животных, которые в поисках спасения взбирались на деревья и крыши домов; ревущих медведях, плывших на торфяных островах в никуда. Рассказывали, что на одном полузатопленном пне одновременно спасались три серые мыши-полёвки, мокрый, трясущийся от холода ёж, восемь ящериц и одна гадюка. Никто из обитателей этого временного убежища не обращал внимания друг на друга. Беда на всех одна. Сотни тысяч животных погибли во время затопления в этих местах. Подлинная трагедия! Половина богатейших лесов Мологского уезда перед затоплением была вырублена. Но лес не вывезли, а просто бросили. В результате гнетущим пейзажем, наблюдавшимся с пароходов, на долгие годы стали затопленные леса. Они простояли в неравной борьбе с водой более 30 лет. Некоторые деревья плодоносили на пятом году затопления и продолжали расти даже на глубине двух метров! И к этим полузатопленным деревьям каждую весну упорно возвращались птицы…

ИСТОЧНИК

Веб-мани: R477152675762