КАЖДОМУ ЧЕЛОВЕКУ РУЛОН ТКАНИ ПРИ РОЖДЕНИИ.

Затянувшиеся холода отступили, и радостное майское солнце щедро поливало светом и теплом уставшую от зимней погоды землю. Природа ожила мгновенно, наполнив улицы и парки задорным чириканьем воробьев, нежной зеленью молодых листьев и громким детским смехом и визгом.

В небольшом парке на лавочке сидел дедушка в потертом, но чистом и аккуратном пиджаке. Рядом лежала старая, с советских времен, авоська, из которой выглядывали нехитрые покупки пенсионера – буханка хлеба, пакет кефира и какие-то консервы.

Старик, щурясь от яркого света, с улыбкой наблюдал, как на детской площадке под присмотром мам и бабушек резвилась малышня. Кто-то, сосредоточенно пыхтя, копошился в песочнице, кто-то самозабвенно катался с горки, а самые смелые, хитро косясь по сторонам, пытались сбежать в парк, в котором было столько нового и интересного!

Там с громким гудением летал не до конца проснувшийся шмель, несколько скворцов деловито копошились в прошлогодней листве, в поисках чего-то съедобного, а огромный бродячий пес, не обращая внимания на окружающих, увлеченно гонялся за лениво уходящей от преследователя галкой.

Очередной храбрец, воровато оглянувшись по сторонам, вылез из песочницы, и бочком, бочком стал тихо, не дыша, перебирать ножками в сторону заманчиво зеленеющих деревьев.
- Игорь, ты куда собрался?
Старик рассмеялся, глядя, как застигнутый врасплох окриком матери, малыш тяжело вздохнул, заложил руки за спину и, виновато опустив голову, вернулся обратно.

- … мать, пошёл вон, …блохастый! – весеннюю разноголосицу неожиданно разорвал грубый выкрик, заглушенный громким собачьим визгом.
Дед оглянулся – в десятке метров от него на лавке расположилась группа молодых людей. На земле стояли бутылки с пивом, несколько девушек нарочито громко смеялись, глядя как один из парней, взяв палку, отгонял пса:
- Давай, Мишаня!
Детская площадка опустела: мамы и бабушки, с опаской посматривая на шумную выпивающую компанию, быстро разобрали малышей и ретировались от греха подальше.
- Я тебя сейчас…, - парень замахнулся палкой.
- Он вам помешал, молодой человек?

Тот, кого называли Мишаней, оглянулся. Рядом стоял пенсионер в старом потертом пиджаке и древней авоськой в руках. Пес отбежал на безопасное расстояние и, тихо рыча, наблюдал за происходящим.
- Тебе чего, старый хрыч, заняться нечем?
- Вы не совсем правы, Михаил, я наслаждался прекрасной погодой, в моем возрасте – это отличное занятие, не находите? - улыбнулся пенсионер.
- Вот и вали отсюда, если не хочешь наслаждаться видом из больничной палаты, - расхохотался парень.

Компания поддержала своего лидера немного натянутым смехом. Старик с укоризной посмотрел на группу молодых людей и, тяжело вздохнув, ответил:
- Вы, наверное, не знаете, что даже видом из окна палаты можно любоваться и быть счастливым, зная, что ты жив. Вы молоды, сильны и угрожаете избить старого пенсионера? Неужели для вас это считается поступком, достойным уважения?
Он повернулся к девушкам:
- А вы, милые дамы, будете восхищаться другом? Если это так, мне вас искренне жаль. Показывать свою силу тому, кто не может дать отпор, – это признак слабости, а не мужества.
- Иди отсюда, дед, - не глядя в глаза, буркнул Михаил.

Укоризненно покачивая головой, старик вернулся назад и присел на скамейку. Пес неуверенно подошел к своему защитнику и тихо тявкнул.
- Голодный? – пенсионер отломил кусок хлеба и протянул, - ешь, не бойся.
Глядя, как угощение исчезает в огромной пасти, пенсионер улыбнулся:
- Не обижайся на них, люди бывают разные, и каждый делится с окружающими тем, чего у него в избытке. Я действительно старый хрыч, попытавшийся подарить этим ребятам хоть немного достоинства и самоуважения, но получил в ответ лишь порцию грязи. Значит, её слишком много в их душах.
- Рраф, - тихо поддакнул пес.
- Они ещё очень молоды и, я надеюсь, со временем избавятся от дурнопахнущих накоплений, чтобы бездумно не тратить на них дарованный свыше рулон.
- Аф, - ухо вопросительно поднялось.

- Прости, - улыбнулся старик, - немного забежал вперёд. Видишь ли, мой лохматый друг, каждый человек получает при рождении рулон ткани и волен распоряжаться ею по своему усмотрению. Смерть приходит, когда закончится последний метр. Никто не знает, сколько ему отрезала судьба, поэтому смысл нашей жизни в том, чтобы правильно распорядиться этим даром. Кто-то тратит на то, чтобы укрыть своих детей и родителей, кто-то – чтобы сделать палатку и защитить людей от дождя, кто-то – перевязать раны другу, а кто-то подтирает свой вечно грязный зад. Ты согласен?
- Рраф.

Ласково потрепав четвероногого собеседника, пенсионер задумчиво продолжил:
- Свою ткань я потратил на сыновей, которые сейчас так же, как и их отец когда-то, укрывают своих детей, на жену, ушедшую от меня два года назад, и друзей. Думаю, в запасе у меня осталось не больше пары метров. Я мог бы их потратить на себя, но знаешь, не умею. Когда ты видишь свою ткань вокруг, то понимаешь, что жизнь прожита не зря.
Кряхтя, старик поднялся:
- Ну что, дружок, если хочешь, остаток рулона я отдам тебе. Идем?

*
Через небольшой парк шел дедушка в потертом, но чистом и аккуратном пиджаке. В руке покачивалась старая, с советских времен, авоська, из которой выглядывали нехитрые покупки пенсионера – буханка хлеба, пакет кефира и какие-то консервы. А рядом, радостно виляя хвостом, шагал огромный бродячий пес, получивший в подарок последние метры ткани.

Автор: Андрей Авдей

ИСТОЧНИК

Веб-мани: R477152675762