Тайна гибели подводной лодки К-129. Операция «Дженифер».

Февраль 1968 года.
В эти дни мир никогда еще не был так близок к Третьей мировой войне. Только несколько человек знали, что судьба планеты зависела от одной подводной лодки – советской субмарины К-129, которая в разгар войны во Вьетнаме получила задание взять под прицел крупные города Тихоокеанского побережья и корабли Седьмого флота США.

Однако у американских берегов подлодка не появилась.

На темном дне на севере Тихого океана лежат останки самой отважной субмарины в мировой истории. Эти обломки свидетельствуют о страшной трагедии, случившейся 11 марта 1968 года с советской атомной подлодкой К-129, в результате которой погибло 98 офицеров.

Для экипажа это был внеплановый поход. С 1 октября по 30 ноября 1967 года К-129 несла боевую службу в северо-восточной части Тихого океана. По возвращении моряки произвели навигационный ремонт. Затем половина офицеров ушла в отпуск. Личный состав в две смены отдыхал в санатории. Далее экипажу предстояла обычная учеба и уход за кораблем. Но тут случилось непредвиденное. Вышестоящий штаб проверил одну из готовящихся к боевой службе подводных лодок и отстранил ее от похода, выставив «неуд». Проверили вторую лодку - тот же результат. Тогда встал вопрос о К-129. Она оказалась боеготовой. Командование решило отправить ее на внеплановую боевую службу.

В связи с отпусками офицеры прибыли на подводную лодку кто за 15, а кто и за 5 суток до выхода в океан, что не могло не повлиять на подготовку к плаванию. Кстати, экипаж так и не смогли собрать полностью. Лодка вышла, имея на борту 14 офицеров и 83 матроса и старшины, из которых только 58 человек было штатных, 15 - назначенных вместо находящихся в отпуске, 10 - направленных для стажировки.

Принимая решение, командование надеялось на профессионализм основного ядра экипажа, в первую очередь - на командный состав. И это действительно были специалисты высокого класса.

Командир капитан 1 ранга Владимир Иванович Кобзарь командовал К-129 около четырех лет. Накануне похода за образцовую службу был награжден орденом Красной Звезды. Старший помощник командира капитан 2 ранга Александр Михайлович Журавин хотя и недавно служил на К-129, но до этого три года успешно справлялся с аналогичной должностью на такой же подводной лодке. Не менее опытными были и командиры боевых частей, начальники служб.

Подводная лодка проекта 629-А. Предельная глубина погружения — 300 м. Вооружение — 3 баллистические ракеты Р-21, торпеды с ядерными БЧ. Автономность -70 суток. Экипаж — 90 чел.
8 марта, в поворотной точке маршрута, подводная лодка не подала сигнал о проходе контрольного рубежа. Слабая надежда, что лодка дрейфует в надводном положении, лишенная хода и радиосвязи, иссякла через две недели.
Началась по-настоящему крупная поисковая операция. На протяжении 70 дней три десятка кораблей Тихоокеанского флота обследовали весь маршрут «К-129» на протяжении от Камчатки до Гавайев. На всем пути брались пробы воды на радиоактивность (на борту подлодки было атомное оружие). Увы, лодка канула в неизвестность.

8 марта 1968 года оперативный дежурный на центральном командном пункте ВМФ объявил тревогу – К-129 не подала сигнал о проходе контрольного рубежа, обусловленный боевым приказом. И тут же выяснилось, что на КП эскадры нет даже списка экипажа, подписанного лично командиром подлодки и заверенного корабельной печатью. С военной точки зрения, это тяжкое должностное преступление.
С середины марта и по май 1968 года проводилась невиданная по размаху и секретности операция поиска исчезнувшей субмарины, в которой были задействованы десятки кораблей Камчатской флотилии и авиация Северного флота. Упорно искали в расчетной точке маршрута К-129. Слабая надежда на то, что подлодка дрейфует в надводном положении, не имея хода и радиосвязи, не оправдалась через две недели. Переполненность эфира постоянными переговорами привлекла внимание американцев, которые точно указали координаты большого масляного пятна в океане, расположенного в советских водах. Химический анализ показал, что пятно соляровое и идентично топливу, используемому на подводных лодках ВМФ СССР. Точное место гибели К-129 в официальных документах получило обозначение как точка «К».
Поиски подводной лодки продолжались в течение 73 суток. После их завершения родные и близкие всех членов экипажа получили похоронки с циничной записью «признан умершим». О 98 моряках-подводниках словно забыли. А главком ВМФ СССР С. Г. Горшков сделал беспрецедентное заявление, отказавшись признать гибель субмарины и всего экипажа. Официальный отказ правительства СССР от затонувшей
К-129 привел к тому, что она стала «бесхозным имуществом», таким образом, любая страна, обнаружившая пропавшую подлодку, считалась бы ее владельцем. И конечно, всего, что находится внутри подводного корабля. Если учесть, что в те времена всем субмаринам, уходящим в поход от берегов СССР, номер закрашивался, то при обнаружении К-129 даже не имела бы опознавательных знаков.

Осенью 1968 года родным пропавших без вести моряков из экипажа «К-129» по городам Советского Союза были разосланы скорбные извещения, где в графе «причина смерти» значилось: «признать умершим». Факт исчезновения субмарины военно-политическое руководство СССР скрыло от всего мира, тихо исключив «К-129» из состава ВМФ.
Единственный, кто помнил про погибшую лодку, было Центральное Разведывательное Управление США.
Аврал
Атомная подводная лодка «Barb» (SSN-596) несла дежурство в Японском море, когда случилось нечто неожиданное. В море вышел большой отряд советских кораблей и подводных лодок. Удивление вызывало то, что сонары кораблей ВМФ СССР, в том числе подлодок, постоянно «работали» в активном режиме.
Вскоре стало ясно, что русские ищут вовсе не американскую лодку. Их корабли быстро смещались к востоку, заполняя радиоэфир многочисленными сообщениями. Командир USS «Barb» доложил командованию о случившемся и высказал предположение, что, судя по характеру «мероприятия», русские ищут свою затонувшую лодку.

Специалисты ВМС США принялись прослушивать километры магнитофонных записей, полученных с донных акустических станций системы SOSUS. В какофонии звуков океана им удалось найти фрагмент, где был зафиксирован «хлопок».
Сигнал поступил с донной станции, установленной на возвышении Императорских Гор (участок океанского дна) на расстоянии свыше 300 миль от предполагаемого места катастрофы. Учитывая точность пеленгования SOSUS в 5-10°, положение «К-129» было определено в виде «пятна» размером в 30 миль.
Советская подлодка затонула в 600 милях к северо-западу от о. Мидуэй (Гавайский архипелаг), посреди океанской впадины на глубине 5000 метров.

Тем не менее, для расследования причин гибели ПЛ К-129 были созданы две комиссии: правительственная под руководством председателя Совета Министров СССР Л. Смирнова и ВМФ, которую возглавил один из опытнейших подводников, первый заместитель Главнокомандующего ВМФ В. Касатонов. Выводы, которые сделали обе комиссии, были похожи. Они признали, что вины экипажа подлодки в гибели корабля нет.
Наиболее достоверной причиной катастрофы мог быть провал на глубину ниже предельной из-за обмерзания поплавкового клапана воздушной шахты РДП (режим работы дизелей под водой). Косвенным подтверждением этой версии было то, что командование штаба флота предписывало командирам максимально возможно использовать режим РДП. Впоследствии процент времени плавания в этом режиме стал одним из критериев успешности выполнения задач похода. Следует отметить, что ПЛ К-129 никогда не была отстающей в этом показателе при длительном плавании на предельных глубинах. Второй официальной версией было столкновение с иностранной субмариной в подводном положении.
Кроме официальных существовал и ряд неофициальных версий, высказываемых в разные годы различными специалистами: столкновение с надводным судном или транспортом на перископной глубине; провал на глубины, превышающие предельную глубину погружения, и нарушение из-за этого расчетной прочности корпуса; попадание на склон внутренних волн океана (природа возникновения которых до сих пор точно не установлена); взрыв аккумуляторной батареи (АБ) во время ее зарядки в результате превышения допустимой концентрации водорода (американская версия).

В июне 1968 года, убедившись, что советские спасательные службы прекратили поиски погибшей лодки, ВМС США и ЦРУ приступили к осуществлению секретной операции по обнаружению и подъему "К-129". Их интерес был очевиден: получить доступ к советским баллистическим ракетам, ядерным боевым частям, шифрам, кодам, системам связи, управления, технологиям строительства прочного корпуса и т.п.

Этому поспособствовал и тот факт, что Советский Союз не заявил официально о гибели своей подводной лодки с указанием предположительного района катастрофы. В результате К-129 стала "бесхозным имуществом", таким образом, любая страна, обнаружившая пропавшую подлодку, считалась бы ее владельцем.

Операция "Дженифер"

Для начала необходимо было обнаружить погибшую субмарину и произвести ее обследование. Эта миссия была возложена на атомную подлодку, оборудованную для специальных операций USS "Halibut" (Палтус). Бывший ракетоносец был модернизирован, на нем был установлено океанологическое оборудование: боковые подруливающие устройства, якорное устройство с носовым и кормовым грибовидным якорем, водолазная камера, дальние и ближние боковые сонары, а также глубоководный буксируемый модуль "Fish", оснащенный фото-, видео-оборудованием и мощными прожекторами.

При прослушивании записи звуков сделанных гидрофонами системы SOSUS американцам удалось найти фрагмент, где был зафиксирован "хлопок". на участке морского дна расстоянии свыше 300 миль от предполагаемого места катастрофы и района поиска советских кораблей. Через несколько недель поиска аппаратурой USS "Halibut" лодка была обнаружена и сфотографирована на дне. После обнаружения К-129 "Halibut" сделала около 22 тысяч подробнейших снимков советской подводной лодки.

Когда «Хэлибат» оказалась в расчетной точке, потянулись дни напряженной работы. Каждые шесть дней поднимали глубоководный аппарат, чтобы перезарядить в фотокамерах пленку. Тогда в бешеном темпе работала фотолаборатория (камера делала 24 кадра в секунду).
И вот однажды на стол лег снимок с четко очерченным пером руля подводной лодки. «К-129» легла на дно океана по неофициальным сведениям в точке 38°5' с.ш. и 178°57' в. д. (по другим данным — 40°6' с. ш. и 179°57' в. д.) на глубине 16 500 футов.
Точные координаты местонахождения «К-129» до сих пор являются государственным секретом США. После обнаружения «К-129», «Хэлибат» сделала еще 22 тысячи снимков советской субмарины.

Камера запечатлела пролом шириной в десять футов (около трех метров) сразу за рубкой. Кроме того, оказались сильно поврежденными две кормовые ракетные пусковые установки в ограждении рубки. У них были сорваны крышки. Ближняя к корме шахта сильно погнута, а головная часть у ракеты отсутствовала. Не было боеголовки и у второй ракеты. Нетронутой осталась только третья пусковая установка - та, что ближе к носу.

Один фоторяд, по сообщениям американцев, якобы, запечатлел скелет моряка в ограждении рубки, облаченного в штормовой реглан, стеганые штаны и тяжелые флотские сапоги. Тысячи крохотных морских червей роились в останках подводника. Этот факт должен ставить под сомнение, что лодка в момент аварии находилась на перископной глубине или в подводном положении. Хотя с другой стороны это заявление американцев могло быть сделано по сфальсифицированным фактам и могло носить характер сокрытия настоящей причины трагедии в результате столкновения К-129 с USS "Swordfish".

Точные координаты местонахождения К-129 до сих пор являются государственным секретом США.

Первоначально американцы планировали с помощью телеуправляемых подводных аппаратов вскрыть корпус "К-129" и извлечь нужные спецслужбам материалы без подъема самой лодки. Но в ходе миссии "Хэлибат" было установлено, что корпус "К-129" разломлен на несколько крупных фрагментов, что давало возможность поднять целиком интересные для разведчиков отсеки с пятикилометровой глубины. Особую ценность представляла носовая часть длиной 138 футов (42 метра). ЦРУ и ВМС обратились за финансовой поддержкой в конгресс, конгресс - к президенту Никсону, и проект подъема лодки получивший название AZORIAN стал реальностью.

Гломар Эксплорер

Фантастический проект потребовал специальных технических решений. В апреле 1971 г. на верфи Shipbuilding Dry Dock Со. (Пенсильвания, Восточное побережье США) было заложено судно MV Hughes Glomar Explorer. Исполин, полным водоизмещением 50.000 тонн, представлял собой однопалубное судно с «центральной прорезью» над которой размещалась гигантская А-образная вышка, кормовым расположением машинного отделения, носовой двухъярусной и кормовой четырехъярусной надстройками.

По диаметральной плоскости, в нос и в корму от центральной прорези, были установлены подвижные колонны, предназначенные для приема захватного устройства с погруженной баржи, что на первый взгляд напоминало конструкции плавучих нефтяных платформ. Позже анализ зарубежных публикаций позволил советским специалистам определить их истинное назначение.

В это же время, на верфях National Steel Shipbuilding Corp. в Сан-Диего (Калифорния, Зап. Побережье США) строилась баржа НМВ-1 (Hughes Marine Barge) и глубоководный захват Clementine. Подобное рассредоточение производств обеспечивало полную секретность операции. Даже инженеры, напрямую задействованные в проекте, по отдельности не могли понять назначение этих устройств (корабля, захвата и баржи).

После 4 июля 1974 года "Гломар эксплорер" вышел в море для осуществления основной фазы операции по подъему фрагмента К-129. В океанские воды стала опускаться колонна которая собиралась из двадцатиметровых труб которые свинчивались между собой, на конце этой колонны находился захват Clementine. Свинчивание 5 км колонны заняло несколько дней (общая масса собранной целиком колонны составила 4000 т). Наконец, утром 29 июля захват оказался в 70 м от лежащей на дне субмарины. С помощью подруливающих устройств установленных на раме захвата, он был опущен на лодку. Раскрытые "клешни" сжались, обхватив корпус лодки. Начался подъем (общий вес поднимаемого груза (захват+фрагмент лодки) составил 3129 т).


Проекция захвата Clementine с корпусом К-129

Здесь необходимо пояснить, что корпус лодки был разломлен на несколько фрагментов, и американцы изначально планировали поднять только носовую (наиболее для них ценную) часть К-129, длиной около 43 м, а не всю лодку как отмечается в некоторых изданиях. На это указывает и несовпадение длины сквозного "бассейна" (61 м) в середине "Гломар Эксплорер" с длиной подводной лодки (длина по КВЛ - 99 метров).

Однако когда лодка поднялась на высоту около километра от дна случилось непредвиденное – поднимаемый фрагмент разломился, в захвате осталась только носовая часть лодки длиной 10 м.

Остатки "добычи" были благополучно подняты и помещены в специальный "бассейн". В связи с неудачным завершением попытки и очень высокой стоимостью операции было принято решение о ее прекращении. "Гломар эксплорер" взял курс к Гавайским островам до которых было около 700 миль. 16 августа, пройдя 500 миль судно сделало остановку чтобы освободиться от поднятых не нужных, и радиоактивных фрагментов, пройдя еще 130 миль "Гломар эксплорер" снова остановился, для того чтобы захоронить найденные в поднятом фрагменте лодки тела шести моряков.

Их тела были помещены в один контейнер, который, с соответствующими почестями и под Гимн СССР был опущен в океан.

В 1975 году тогдашний госсекретарь США Киссинджер сообщил нашему послу имена некоторых погибших моряков, которых удалось опознать по документам: Виктор Лохов, Владимир Костышко, Валерий Носачев.

Об операции "Дженифер" советские спецслужбы узнали только после утечки информации которая попала в американскую прессу (Здесь нужно пояснить, что советские разведывательные суда "засекли" "Гломар эксплорер", который занимался подъемом лодки, и некоторое время даже находились возле него, но не поняв чем занимаются американцы, ушли).

И всё-таки волей случая тайный проект стал достоянием общественности.

В ночь на 5 июня 1974 года лос-анджелесские грабители пробрались в помещение офиса Г. Хьюза на Ромейн-стрит. Там с помощью газовой горелки они вскрыли сейф, где, к своему разочарованию, значительных сумм не обнаружили, а нашли кое-какие документы, которые прихватили с собой. Ознакомившись с бумагами, они узнали, что по заданию и на деньги ЦРУ Хьюз построил специальное судно «Гломар Эксплорер» для подъёма русской подводной лодки, затонувшей на большой глубине. Грабители решили шантажировать ЦРУ, потребовав полмиллиона долларов за возврат совершенно секретных документов. Разведчики торговались, тянули время, надеясь, что ФБР найдёт и обезвредит гангстеров.

20 марта 1975 года на стол начальника разведки Военно-морского флота СССР легла справка-обзор американской прессы, из которой следовало, что ЦРУ США с помощью построенного по его заказу специального судна удалось поднять со дна Тихого океана часть советской подводной лодки, затонувшей семью годами ранее. В тот же день эта информация была доложена министру обороны маршалу Советского Союза Гречко.

Чтобы воспрепятствовать дальнейшим попыткам подъема подлодки, а также получить от американской стороны полную информацию относительно причин гибели К-129, министр обороны СССР обратился с запиской в ЦК КПСС. В ней он предлагал дать указание советскому послу в США выразить возмущение деятельностью ЦРУ и потребовать прекращении операции. Рассмотрев эту записку, ЦК КПСС постановил: "Одобрить предложения Министерства обороны СССР. Утвердить указания совпослу в Вашингтоне по этому вопросу".

Разразился острейший политический скандал, который бушевал до конца 1975 года. В конце концов, американская сторона вынуждена была признать факт проведения ЦРУ совершенно секретной операции "Дженифер", в результате которой удалось поднять со дна океана не только часть подводной лодки, но и хорошо сохранившиеся тела шести советских моряков. Под давлением СССР операция была прекращена.

По представлению министра обороны И. Сергееза указом Президента Российской Федерации от 20 октября 1998 года все члены экипажа подводной лодки К-129 были награждены орденами Мужества (посмертно), но награды были вручены только лишь восьми семьям погибших моряков. В городе Черемхове установили памятник героям-подводникам ПЛ К-129, которые родились и выросли в Иркутской области.
До сих пор неизвестны обстоятельства, которые привели к трагедии на борту подводного ракетоносца. Его гибель причисляют к одной из самых больших загадок периода холодной войны, развернувшейся между двумя сверхдержавами – СССР и США.
Владимира Евдасина, в свое время служившего на этой подлодке, есть своя версия ее гибели
8 марта 2008 года исполнилось 40 лет со дня гибели и упокоения в пучине Тихого океана подводной лодки К-129. Средства массовой информации в этот день заняты были банальными поздравлениями в адрес женщин, а памяти погибших моряков не уделили внимания. В том числе и в Новосибирске. А между тем среди 99 погибших на К-129 подводников семеро были нашими земляками: помощник командира капитан 3-го ранга Мотовилов Владимир Артемьевич, старшина команды трюмных машинистов главный старшина сверхсрочной службы Иванов Валентин Павлович, командир отделения старта старшина 2-й статьи Саенко Николай Емельянович, старший электрик старший матрос Боженко Владимир Алексеевич, электрики матросы Гостев Владимир Матвеевич и Дасько Иван Александрович, моторист матрос Кравцов Геннадий Иванович.
Только спустя тридцать лет после гибели наши земляки, как и все члены экипажа К-129, были награждены «за мужество и отвагу, проявленные при исполнении воинского долга» посмертно орденом Мужества. А ещё через десять лет о судьбе этого экипажа мало кто вспомнил. И это несправедливо. Экипаж К-129 погиб не в результате несчастного случая.  Об этом не следует забывать.

ИСТОЧНИК

Веб-мани: R477152675762