Секретный объект «Аральск-7»

Для научного центра требовалось место, которое было бы достаточно удалено и изолированно от других населенных пунктов. С одной стороны, это — требования секретности, с другой — безопасности. Идеальным вариантом стал бы остров. Было отобрано три «кандидатуры»: один из Соловецких островов в Белом море, остров Городомля на озере Селигер и остров Возрождения в Аральском море. Остановились на Городомле. Здесь в 1936—1941 годах разместился главный советский центр по разработке биологического оружия — подчинявшаяся Военно-химическому управлению РККА 3-я испытательная лаборатория. Ранее она занимала один из суздальских монастырей.

После Великой Отечественной войны стало ясно, что подобные учреждения следует размещать как можно дальше от границы. Следующим местом дислокации бактериологической лаборатории стал остров Возрождения, бывший Николай.

Николаем этот остров площадью около 200 кв. километров был назван в честь императора. Открыли его вместе с двумя другими островами — Наследником и Константином — в 1848 году. По каким-то неведомым причинам архипелаг назвали Царским. До революции местные жители и промышленники занимались здесь рыболовством, охотой, добывали соль, вывозили на материк саксаул и т.д. После 1917 года все это хозяйство было национализировано, и колхозными методами полностью загублено. Население острова сократилось до 4-5 казахских семей, инфраструктура — до нескольких построек.

В 1924 году народу прибыло — на острове Возрождения был создан Краевой изолятор специального назначения, в котором отбыло наказание 45 заключенных, осужденных за разбой и бандитизм. В отчете начальника изолятора говорится, что остров удобен как для рыболовства, так и для занятия скотоводством, так как почва хорошо подходит под пастбища.

Изолятор специального назначения был ликвидирован в 1926 году. Вместо него отрылся изолятор краевого значения, рассчитанный на 400 заключенных. Однако и он был закрыт в 1929-1930 годах. Никаких загадочных причин. Просто маховик советской репрессивной машины все ускорялся, численность заключенных увеличивалось, а это требовало создания мест заключения другого формата.

В 1936 году на острове Возрождения высадилась экспедиция военных биологов во главе с отцом советской бактериологической программы, профессором Иваном Великановым. Исследователи провели испытания биоагентов на основе туляремии, холеры и чумы. Дальнейшие разработки были приостановлены из-за репрессий. Профессора Великанова расстреляли в 1938 году.

Потом началась война. Испытательная лаборатория была эвакуирована с острова Городомля сначала в Кирова, затем в Саратов и, наконец, на остров Возрождения. С 1942 года здесь стал действовать биохимический полигон «Бархан» — 52-я полевая научно-исследовательская лаборатория (ПНИЛ-52) — войсковая часть 04061. Затем в северной части острова построили военный городок Кантубек, официально именовавшийся Аральск-7.

Испытательный полигон занимал южную часть острова. Испытания заключались в подрыве снарядов и распылении с самолета штаммов, разработанных на основе сибирской язвы, чумы, бруцеллеза, туляремии, Ку-лихорадки, сапа и других смертельно опасных инфекций. Штаммы производились на предприятиях оборонного комплекса в Свердловске, Кирове, Загорске, Степногорске.

В планируемой зоне поражения солдаты срочной службы расставляли клетки с подопытными животными или привязывали их к кольям. Рядом устанавливались «пылесосы» — специальные приборы с трубчатыми фильтрами, которые позволяли концентрацию бактерий в той или иной точке. После распыления те же солдаты в костюмах химзащиты собирали животных и отправляли их в лабораторию. Все это очень напоминало процедуру испытаний «грязной бомбы» на островах Ладожского озера.

Вот как описывается испытание на острове Возрождения в книге бывшего научного руководителя программ по разработке биологического оружия и биозащиты в СССР, а затем инициатора ликвидации этих программ Кена Алибека «Осторожно! Биологическое оружие!»: «На унылом, открытом всем ветрам островке у берегов Аральского моря сидят около сотни обезьян, которые привязаны к столбам, вытянувшимся длинными параллельными рядами чуть ли не до самого горизонта. Глухой хлопок нарушает тишину, и в точке взрыва появляется густое облако дыма горчичного цвета. Увидев его, животные в испуге начинают пронзительно кричать и метаться, натягивая удерживающие их привязи. Обезьяны пытаются спастись, прикрывая голову, пряча нос и рот. Но животные обречены: вскоре они умрут».

Обезьян выбрали потому, что их органы дыхания более всего похожи на человеческие. Обезьян в Аральск-7 поставлял сухумский питомник, но для некоторых экспериментов приходилось доставать животных и за границей. В 1980-х годах по линии Внешторга СССР в Африке была закуплено и через сеть подставных фирм доставлено на остров Возрождения 500 мартышек. На них испытали штамм сибирской язвы Антракс-836 и специально выведенные «боевые» бактерии чумы. Своей смертью животные доказали, что разработанные штаммы способны «пробить» защиту вероятного противника. По расчетам, распыление 100 килограммов спор сибирской язвы в густонаселенных городских районах способно уничтожить около 3 млн человек.

Испытания проводились также на кроликах, овцах и лощадях. Их специально для «лабораторных нужды» выращивали на полуострове Куланды, расположенном неподалеку.

Есть предположения, что только экспериментами на животных дело не ограничилось. На эту мысль наводят странного вида бараки, которые примыкали к расположенной в нескольких километрах от Аральска-7 лаборатории.

«Необычен и загадочен лабораторный корпус и прилегающие к нему бараки, — пишет собственный корреспондент газеты «Труд. Ташкент» Валерий Бирюков в статье «Тайны острова Возрождения» («Труд», 25 октября 2001 года). — Судя по хорошо сохранившимся надписям и табличкам, в других бараках в основном жили женщины. Причем, судя по условиям их содержания, это, скорее всего, были заключенные. В самом лабораторном корпусе несколько помещений, похожих на смотровые кабинеты, оборудованы гинекологическими креслами. Соседняя с ними комната имеет лишь одну герметически закрывающуюся дверь. С потолка, не доходя до пола примерно метр, опускается труба из нержавеющей стали. Еще в одной комнате складировано несколько десятков прекрасно выполненных мужских и женских манекенов с гнущимися руками и ногами. Сохранились богатая библиотека по биологии и огромный склад всевозможных колб и специальной посуды. Железные двери в большинство подвальных помещений заварены и не открыты по сей день. Всюду разбросаны сейфы самых разных размеров.

…Между поселком и лабораторным корпусом находится странный, похожий на котельную объект, однако никаких котлов там нет. От резервуаров в сторону лабораторного корпуса уходят три трубы, окрашенные в разные цвета. Странно, но за сорок четыре года существования секретный гарнизон так и не обзавелся своим кладбищем. Здесь функционировал крематорий».

На полигоне и в лаборатории творились страшные вещи, а город Аральск-7 в это время мирно жил или мирно спал. Он ничем не отличался от других советских закрытых городов: полтора десятка жилых домов, столовая, клуб, магазины, стадион, казармы, плац, электростанция. Население Аральска-7 достигало 1500 человек — военные, ученые, другие специалисты и их семьи. Дети ходили в школу, их родители на службу. Солдаты занимались строевой подготовкой на плацу. Вечерами в доме офицеров показывали кино, на выходных на берегу Аральского моря устраивались пикники.

Что самое удивительное, к началу 70-х годов как советский, так и американский генералитет всерьез готовились вести бактериологическую войну. Была разработана стратегия и тактика такой войны. К примеру, боевой агент туляремии мог примениться в том случае, если живую силу противника планировалось не уничтожить, а всего лишь вывести из строя. При этом заболевании умирает всего лишь 1 процент заболевших, остальные находятся в состоянии временного паралича. Боевую чуму называли “оружием отчаяния”. Его применяет проигрывающая сторона. Короткий инкубационный период, массовый охват, полная нечувствительность к антибиотикам, скоротечность и 100-процентная смертность живой силы противника, да и оставшейся своей тоже. В этом прослеживается какой-то средневековый ужас. Безумие не остановил даже договор от 72-го года. По инициативе президента США Ричарда Никсона 143 государства обязались никогда не производить и не испытывать биологическое оружие, а также средства защиты от него. Однако разработки ведутся до сих пор.  К концу 80-х на острове Возрождения была создана мощная инфраструктура. По остаткам разграбленных местными сталкерами построек можно судить о том, какие огромные деньги вкладывались в советскую военно-биологическую программу. Полигон состоял из двух базовых комплексов и трех опытных полей. Так называемая “промзона” состояла из трехэтажного здания главной лаборатории, и более десятка вспомогательных строений: холодильного блока, энергокомплекса, всевозможных хранилищ. Лаборатория была оснащена современным оборудованием и полностью герметичным модулем на втором этаже. Он был оснащен в соответствии с нормами биологической безопасности 3-го уровня, предполагающей работа с бактериями.

В 3-х километрах от “промзоны” был расположен военный городок. В нем жили солдаты и офицеры с семьями. Здесь остались казармы, госпиталь, жилые дома, продуктовый магазин, детский сад, начальная школа, кафетерий и даже театр художественной самодеятельности. Военнослужащие регулярно прививались и получали денежные надбавки за труд в особо опасных условиях. Говорят, на острове было много женщин. Cчиталось, что остров Возрождения идеально подходит для испытания смертоносных боевых агентов. Господствующие ветры всегда дули на юг, в противоположную сторону от обитаемых мест. Здесь было много солнечного ультрафиолета, который препятствовал распространению и выживанию патогенных микроорганизмов. Специальная служба была ответственна за контроль параметров окружающей среды. Однако действия военных на секретном полигоне вызывали серьезное беспокойство местных жителей. Неоднократно в районах, прилегающих к острову происходили вспышки особо опасных заболеваний и при этом медицина оказывалась бессильной. Сегодня Леониду Басенко 61 год. В свое время он служил в Аральске санинструктором противочумного отряда. Это один из немногих бывших военных, оставшися на бывшем море. В те времена, по воспоминаниям пожилого человека, о всем увиденном и услышанном запрещено было говорить вслух. Когда Леонид Басенко увольнялся из армии он подписал бумагу, которая 20 лет запрещала говорить о характере работ, которые проводились в здешних местах.

Но самое страшное произошло потом. Весной 1988-го года в разгар горбачевской перестройки в Вашингтон поступили разведданные данные о том, что Советский Союз, вопреки Конвенции 1972-го года производит так называемый антракс, боевой агент сибирской язвы - смертельно опасного заболевания. Антракс – идеальное биологическое оружие. Этот древнейший микроорганизм способен образовывать споры, предохраняющие его от воздействия окружающей среды. В таком виде он может жить бесконечно длительное время, продолжая заражать людей. В готовом к применению виде антракс представляет собой порошок розового цвета. По данным Тhe New York Times, тонны антракса, накопленного в СССР, необходимо было уничтожить во избежание крупного международного скандала. Соблюдая особую секретность, специалисты военного предприятия под Екатеринбургом возбудитель сибирской язвы погрузили в специальные емкости из нержавеющей стали и залили их хлорной известью. Затем смертоносный груз был размещен в 24-х вагонах и продела путь через российскую и казахстанскую территории до Аральска. Затем контейнеры захоронили в 11 могильниках на острове Возрождения. На сегодняшний день остров в Аральском море считается самым крупным кладбищем биологического оружия в мире. Тhe New York Times пишет, что Соединенные Штаты вплоть до 1992-го года не знали, что Советский Союз проводил в Средней Азии захоронения антракса, хотя с помощью орбитальных спутников они зарегистрировали необычную активность на острове в 1988-м году. В 1992-м президент Борис Ельцин издал указ о закрыти полигона, и военные его покинули. Приблизительно в это же время в США эмигрировал военный биолог полковник Канатжан Алибек - директор биотехнологического центра в Степногорске. Сведения, которым располагал высокопоставленный специалист, попали в руки американских должностных лиц. Еще через 3 года американцы по приглашению узбекской стороны тайно побывали на острове и взяли пробы антракса из могильников. Результаты этого исследования повергли всех в шок. Споры антракса, несмотря на мощную дезинфекцию и почти 10 лет пребывания в могильнике, полностью не погибли. Бактериологи из США, по информации Джудит Миллер, посещали остров еще два раза в 1997-м и 1999-м годах. И опять по приглашению Узбекистана. Им необходимо было установить, работают ли американские вакцины против советских боевых агентов. Результат исследования был положителен, что несколько успокоило администрацию Билла Клинтона. Однако угроза биологического терроризма сегодня актуальна как никогда.

С «большой землей» остров соединяло морское и воздушное сообщение. Пресная вода, продукты и оборудование доставлялось сюда баржами. Оборудованная еще в 1949 году взлетно-посадочная полоса впоследствии превратилась в аэродром «Бархан». Это уникальное для СССР сооружение имело четыре взлетно-посадочные полосы. Выбор той или иной полосы определялся в зависимости от того, какой ветер дул. Остров Возрождения отличался сильными ветрами.

Кстати, местная роза ветров служила защитой для Аральска-7 от биологической угрозы. Месторасположения полигона было выбрано так, чтобы ветер сразу относил образовавшееся в результате испытания аэрозольное облако в противоположную от военного городка сторону. Правда, говорят, в 1972 году был случай, когда из-за внезапного порыва ветра двое рыбаков попали в чумное облако. Оба погибли.

Кроме того, на полигоне проводились обязательные противоэпидемические мероприятия и дезактивация территории. Все участники испытаний проходили обязательный карантин. Дополнительной страховкой служил жаркий климат. Большинство бактерий и вирусов не выдерживали длительного воздействия местных температур. Поэтому, как правило, испытания проводились ближе к вечеру. Слой холодного воздуха, который накрывал прогретую землю, удерживал бактерии, тем самым, снижая риск переноса заразы за пределы полигона.

Защиту сверхсекретного острова от чужих глаз обеспечивали непрерывно курсировавшие по морю военные катера и патрульные машины на суше. Лабораторный корпус и полигон опоясывали несколько рядов колючей проволоки.

В буквальном смысле Аральск-7 закрылся в 1992 году. С одной стороны, все сложнее стало обеспечивать секретность. В результате экологической катастрофы Аральское море стремительно мельчало, в 1990-х годах площадь острова Возрождения увеличилась почти в 10 раз. Охранять такую обширную территорию стало все сложнее.

Другая причина, более серьезная — это распад СССР. В 1990 году уже упомянутый нами Кен Алибек передал президенту страны Михаилу Горбачеву записку с предложением закрыть программу биологического оружия. Горбачев ответил согласием и ликвидация началась. Она проходила в 1990-1991 годах.

Население было эвакуировано в течение нескольких недель. Люди покидали Аральск-7 с самым необходимым, оставлял мебель и даже главную ценность того времени — цветные телевизоры. Была брошена и техника — новенькие грузовики и трактора, запчасти к ним, а также лабораторное оборудование. Из оборудования вывезли только самое ценное. Опасные штаммы или уничтожили, или законсервировали в могильниках.

Некоторое время Аральск-7 пустовал. Потом в него потянулись мародеры.

В 1998 году на остров Возрождения посетили экологи, эпидемиологи и геологи. Среди эпидемиологов были американские специалисты. Общий вывод, который они сделали: никакой угрозы, ни бактериологической, ни экологической это место не представляет. Сегодня остров Возрождения превратился в полуостров. Бывший секретный город лежит в руинах. Ничего ценного здесь не осталось. Но кто знает, что здесь храниться под землей. Военные не слишком охотно делятся своими тайнами.

 

Полигон состоял из трех основных зон: 1 – аэродром; 2 – жилая зона; и находящаяся на значительном удалении от этих объектов, абсолютно закрытая – лабораторная зона 3. В нескольких километрах от полигона находилась пристань, куда приходили корабли и баржи с грузами, необходимыми для жизнедеятельности полигона.

Веб-мани: R477152675762