Что связывает украинских казаков с Куоккалой?

Выманить Репина в СССР так и не удалось – он умер в Финляндии в 1930 году.

Когда Финляндия обрела в 1917 году независимость, в Финляндии остался жить родившийся на Украине художник Илья Репин. У него была сказочная усадьба по эту сторону границы, в поселке Куоккала (сейчас — Репино), который входил в Великое Княжество Финляндское и находился в пригороде Санкт-Петербурга.

Сейчас финны практически ничего не знают о том, какое политическое напряжение вызывал Репин по обе стороны границы до самой своей смерти, то есть до 1930 года.

Для Советской России то, что Репин остался в Финляндии, означало огромный удар по репутации. Для чиновников Финляндии Репин, несмотря на свою известность, был русским беженцем, за действиями которого на всякий случай следили. Ситуацию можно сравнить с тем, как в Финляндии последние месяцы обсуждают угрозы безопасности, которые представляют жители страны с двойным гражданством России и Финляндии.

На момент закрытия границы Репину было уже 73 года, так что его самые значительные творения остались в бурях революции по другую сторону границы. Большевики хорошо понимали ценность Репина, так что его работы срочно были национализированы. Они все еще являются центром притяжения в московской Третьяковской галерее и Русском музее в Санкт-Петербурге.

Советская Россия втянула Репина в свою пропаганду и сделала из него ключевую фигуру реализма, который стал основой для социалистического реализма. А в Финляндии боялись распространения коммунизма. Считалось, что разные шпионы, агитаторы и саботажники пытались попасть из советской России через восточную границу для участия в гражданской войне в Финляндии.

Как следствие, Илья Репин стал постоянным объектом для внимания Центральной сыскной полиции Финляндии. Газета Ilta-Sanomat изучила в Национальном архиве Финляндии папку полиции по делу Репина, в которой содержались секретные документы.

Похоже, что самого Репина ни в чем не подозревали, а беспокойство было вызвано тем, что представители СССР заманивали Репина и его семью вернуться обратно.

Агенты Центральной сыскной полиции (предшественника Полиции безопасности) вскрывали приходящую на адрес Репина почту, о посещавших Репина русских гостях писались подробные и красочные доклады. Рапорт Центральной сыскной полиции номер 19, составленный в 1926 году на основании писем, сообщал, что СССР планировал присвоить Репину звание народного художника, в соответствии с которым ему должна была перечисляться крупная пенсия (220-300 рублей). Информация была получена из письма художнику от его бывшего ученика Исаака Бродского.

Полицейские Финляндии выяснили из письма, что советское руководство решило «отправить к Репину еще одну делегацию». Ему пообещали вернуть как минимум часть его собственности: оставшиеся в российском банке вклады и квартиру.

Бродский написал Репину следующее:

«Могу Вас заверить, что о Вашей старости будет заботиться советское правительство, которое может по достоинству оценить Ваши заслуги и которое любит Вас».

В секретной папке был найден также детальный рассказ о том, как супружеская еврейская пара была в гостях у Репина в 1925 году. Незнакомый ранее художнику Аарон Штернберг  «заглянул» к Репину и передал адрес советского руководства, в котором художника просили переехать в Ленинград и обещали хорошую пенсию, квартиру и машину.

Говорят, что Репин ответил следующим образом:

«Вы предлагаете мне деньги, вы, просящие милостыню, совершенно опустошившие великую Россию, где сейчас миллионы голодают и влачат жалкое существование… Я не богат, но и не настолько беден, чтобы принимать ваши деньги».

Репин также прямо сказал супружеской паре о том, что он думает о переименовании Санкт-Петербурга в Ленинград.

«Скажите мне, по какому такому праву группа авантюристов решила, что может изменить название города, данное в честь Петра Великого, на имя какого-то подпольного фанатика, больного идиота Ленина?»

Рассказывают, что после этого Штернберги в спешке уехали обратно в Раяйоки «очень сконфуженные», потому что «к сожалению, встретили художника в дурном расположении духа».

Из бумаг также выяснилось, что Штернберги привезли Репину в качестве сувенира русские яблоки, съев которые, Репин, его супруга и сын почувствовали себя очень плохо.

«В отношении фруктов художник говорил, что он, наверное, слишком ими увлекся, и из-за этого почувствовал себя плохо. Он, однако, посчитал возможным, что они были отравлены, так что лучше отправить их на анализ», — гласит отчет.

На основе изученных документов создается впечатление, что на исследование яблоки были отправлены, но о результатах ничего не сообщается.

Согласно отчету, к Репину одна за другой приезжали делегации, чтобы пробовать новые способы воздействия на «старика», как его называли в отчетах. Репин всегда прогонял незваных гостей, ссылаясь, в том числе, на почтенный возраст.

Поскольку на свою сторону художника переманить не удалось, большевики начали оказывать влияние на его сына Юрия, который был известен как довольно слабая и неоднозначная личность. В августе 1926 года Центральная сыскная полиция подготовила отчет, согласно которому «большевикам, наконец, удалось переманить на свою сторону сына Репина, который отправился в Россию».

Но Юрий Репин так и не выехал в Советский Союз. А вот в третьем поколении обещания хорошей жизни, даваемые большевиками, упали на благодатную почву. Внук Ильи Репина Дий тайно перебежал в Советский Союз весной 1935 года. В донесении почтового ведомства приводится выдержка из письма Юрия Репина, которое он отправил самому Иосифу Сталину в октябре 1935 года с просьбой выяснить судьбу своего сына.

«Обращаюсь к Вам с просьбой предоставить информацию о Дие Юрьевиче Репине (сыне), который добровольно отправился искать счастья в СССР в конце февраля этого года… Если о нем забыли или если он находится в тяжелой жизненной ситуации, прошу ему помочь», — было, по сообщению почтового ведомства, написано в письме.

Судьба Дия Репина так и оставалась неизвестной. Она прояснилась только после распада СССР. Его расстреляли уже в августе 1935 года «за намерение осуществить теракты против высших руководителей СССР». В 1991 году он был реабилитирован в связи с отсутствием состава преступления.

Но что бы произошло с самим Ильей Репиным, если бы он поддался на уговоры советского руководства и вернулся в Россию? Директор музея-усадьбы имени И.Е.Репина «Пенаты» Татьяна Бородина думает так:

«Его бы не тронули, но он никогда бы больше не чувствовал себя свободным, потому что он не принял ни большевиков, ни разрушения церквей, ни террора».

 

Уже после смерти Репина советским властям удалось убедить вернуться на родину внука художника по имени Дий. Впрочем, прожил он после этого всего несколько месяцев – в 1935 году потомка живописца обвинили в заговоре и расстреляли.

 

Веб-мани: R477152675762