Закрытая история. 78 лет Катынскому расстрелу

Ровно 78 лет назад, 5 марта 1940 года советским руководством было принято решение о расстреле 21 тысячи 158 взятых Красной Армией в плен жителей Польши. В истории эта трагедия осталась под именем Катынского расстрела, названная так по месту казни многих из них.
1 сентября 1939 года нацистская Германия напала на Польшу. Этот день принято считать датой начала Второй мировой войны. Ровно через 17 дней свои войска в Польшу ввел и СССР. Официальной причиной были названы«развал польского государства» и «защита украинского и белорусского населения».
Как стало известно потом, ввод войск был осуществлен в рамках реализации договора о ненападении между Германией и Советским Союзом. Его секретная часть предполагала, что бывшие земли Западной Украины и Белоруссии, до Первой мировой входившие в состав Российской и Австро-Венгерской империй, останутся в сфере влияния СССР.
В ходе продвижения вглубь Польши Красная армия захватила в плен до полумиллиона человек. Большую часть почти сразу отпустили. В организованные на территории СССР восемь лагерей попали 130 тысяч 242 человека — все, кого власти посчитали «подозрительными антисоветчиками».
Тем не менее, большинство этих узников также пробыли в лагерях недолго. Многих рядовых и военных, ранга ниже офицерского, было решено отпустить домой. А оказавшиеся в плену 40 тысяч жителей Западной и Восточной Польши были переданы Германии, которая к тому времени уже оккупировала эту территорию.
Итого в лагерях СССР осталось примерно 41 700 тысяча пленных польских военных. Часть из них была размещена в лагерях Старобельский (Луганская область), Осташковский на Селигере и Козельский под Калугой. Большинство же пленных отправили на принудительные дорожные работы на Западную Украину и в Кривой Рог.
Начиная примерно с апреля-мая 1940 года от пленных, содержавшихся в указанных трех лагерях, перестали приходить письма, доставкой которых занимался международный Красный Крест. Дальнейшие события трактовались в истории по-разному.
События по версии СССР
Осенью 1940 года некоторых пленных офицеров польского Генштаба, не настроенных радикально антисоветски, чекисты перевезли в Москву на Лубянку для обсуждения вопроса организации Польской Красной Армии. Для этого с ними встретились Берия и Меркулов.
По воспоминаниям поляков, в ходе встречи поднималась тема о пропавших польских солдатах, на что Берия заявил, что почти все из них были переданы немцам.
После нападения Германии на СССР Сталин отдал приказ об амнистии всех остававшихся в плену поляков, одновременно установив дипломатические связи и с польским правительством в изгнании. 3 декабря того же года Сталин встретился с главой данного правительства генералом Сикорским, который также поинтересовалось у вождя о судьбе тысяч пропавших пленных. Этот диалог воспроизведен в воспоминаниях участвовавшего во встрече генерал Андерса:
Сикорский: Я заявляю вам, господин президент, что ваше распоряжение об амнистии не выполняется. Большое количество наших людей, причём наиболее ценных для армии, находится ещё в лагерях и тюрьмах.
Сталин: Это невозможно, поскольку амнистия касалась всех, и все поляки освобождены. (Последние слова адресованы Молотову. Молотов поддакивает.)
Сикорский: У меня с собой список, где значится около 4 000 офицеров, вывезенных насильно и находящихся в данный момент в тюрьмах и лагерях, и даже этот список неполон, потому что содержит лишь те фамилии, которые названы по памяти. Я поручил проверить, нет ли их в Польше, с которой у нас постоянная связь. Оказалось, что там нет ни одного из них; так же, как и в лагерях военнопленных в Германии. Эти люди находятся здесь. Ни один из них не вернулся.
Сталин: Это невозможно. Они убежали.
Андерс: Куда они могли убежать?
Сталин: Ну, в Маньчжурию.
После этого дерзкого ответа больше никакой информации о судьбе польских пленных не поступало до февраля 1943 года, когда немецкая полиция по указаниям местных жителей обнаружила на территории села под именем Катынь в Смоленской области массовые захоронения. В ходе расследования из братских могил были извлечены 4143 трупа. Большинство тел удалось идентифицировать — это были те самые захваченные в плен Советским Союзом польские военные.
Вместе с телами были также найдены различные вещи, по которым можно было определить дату захоронения — весна 1940 года. Об этом же времени говорили срезы деревьев, посаженных на месте братских могил.
Показания опрошенных немцами свидетелей сводились к тому, что в течении марта и апреля 1940 году железнодорожные эшелоны с поляками один за другим прибывали на местную станцию, затем их на грузовиках увозили в лес, после чего пленных никто и никогда больше не видел.
Кроме этого, множество более мелких улик также указывало на то, что расстреляны поляки были именно советской стороной. У жертв были связаны руки точно таким же способом, как и у расстрелянных здесь ранее советских граждан. А на их телах были обнаружены следы от четырехгранных штыков, используемых советской армией.
В результате этого, советская сторона выдвинула такую версию событий: захваченные поляки какое-то время действительно находились неподалеку в лагерях и проводили дорожные работы. Но летом 1941 года, когда пришли немцы, их не успели эвакуировать и они попали в плен уже к фашистам.
Затем немецкие солдаты под руководством обер-лейтенанта Аренса поляков расстреляли и закопали. А в 1943 году откопали вновь, изъяли все документы и заставили свидетелей дать ложные показания.
В 1944 году Советским руководством для расследования была сформирована еще одна комиссия, во главе с известным врачом, главным хирургом Красной Армии, Николаем Бурденко. На этот раз были выкопаны и исследованы сотни трупов погребенных поляков. Вместе с телами якобы были найдены документы с датой после 1940 года, что снимало обвинение с советского руководства. В итоге, выводы новой комиссии полностью совпали с выводами старой, причем вплоть до ошибок в некоторых фамилиях.
«Легенда комиссии Бурденко заключалась в том, что немцы в 1941 году захватили некие советские лагеря рядом с Катынью и Смоленском, которых там никогда не было. Этим несуществующим лагерям были придуманы названия: Лагерь 1-ОН, 2-ОН, 3-ОН. Якобы военнопленных из этих лагерей использовали на строительстве шоссе Минск – Москва, а немцы так стремительно наступали летом 1941 года, что советская власть не успела эти лагеря эвакуировать. В качестве свидетеля использовали майора Ветошникова, которого назвали начальником Лагеря 1-ОН, и он все это излагал.
А дальше версия такая: уходя, немцы вскрыли захоронения и подложили трупам какие-то бумаги – документы, газеты, которые обрывались на дате апрель – май 1940 года, и закопали обратно. Причем для этих вскрытий использовали пятьсот советских военнопленных, после чего они были все расстреляны. Этот расстрел увековечен памятной плитой, которая до сих пор лежит в Катынском лесу, и официальные делегации разного уровня, польский премьер-министр, президент исправно возлагают к этой плите венки, хотя никаких советских пленных там никогда не расстреливали».
Новая страница была открыта в 1990 году, когда катынские расстрелы впервые были названы «одним из тяжких преступлений сталинизма» на официальном уровне – в заявлении ТАСС. Тогда же были заведены уголовные дела – поначалу независимо от Горбачева и даже не в Москве, а на местах: в Калинине, Харькове и Смоленске. Потом Горбачев передал некоторые документы польскому президенту Войцеху Ярузельскому, дела были объединены и переданы в Москву – в Главную военную прокуратуру, и вплоть до 1994 года, несмотря на сопротивление спецслужб, велось полномасштабное расследование.

Следователи добились выдающихся результатов. Были установлены два других, кроме Катыни, места казни – Калинин (Тверь) и Харьков. Были обнаружены захоронения в селе Медное под Калинином и на окраине Харькова. Были установлены все участники операции, а некоторые даже допрошены как свидетели – в том числе и среди тех, кто приводил приговоры в исполнение. Показания огромной важности дал Дмитрий Токарев, в 1940 году начальник Управления НКВД по Калининской области. Были даже найдены свидетели, которые в 1943 году давали показания немецкой комиссии, а затем были схвачены НКВД и рассказали комиссии Бурденко, что те, первые показания были даны под пыткой. И вот они свидетельствовали в третий раз – о том, как их заставляли менять свои показания.

Из записки Председателя КГБ СССР  А. Шелепина, от 3 марта 1959 г.
«Совершенно секретно Товарищу Хрущеву Н.С.
В Комитете государственной безопасности при Совете министров СССР с 1940 года хранятся учетные дела и другие материалы на расстрелянных в том же году пленных интернированных офицеров, жандармов, полицейских, помещиков и т.п. лиц бывшей буржуазной Польши. Всего по решениям специальной тройки НКВД СССР было расстреляно 21857 человек, из них: в Катынском лесу (Смоленская область) – 4421 человек, в Старобельском лагере близ Харькова – 3820 человек, в Осташковском лагере (Калининская область) – 6511 человек, и еще 7505 человек были расстреляны в других лагерях и тюрьмах Западной Украины и Западной Белоруссии».

Александр Гурьянов: «Токарев оказался очень ценным свидетелем – например, он объяснил происхождение немецких гильз и пуль, которые были найдены и в Катыни, и в Медном. Он рассказал, что в Калинин перед расстрелами из Москвы приехала команда расстрельщиков во главе с комендантом Центрального аппарата Блохиным, очень известным чекистским палачом. И Блохин привез с собой чемодан немецких пистолетов “Вальтер”, потому что они были надежнее советских и не дают осечек, – это важно, когда за одну ночь надо расстрелять несколько сотен человек. Запуская конвейеры массового уничтожения, в НКВД пользовались “вальтерами”. Все это выяснилось в 1992 году.

Во время судебного процесса в Нюрнберге над военными преступниками в 1946 году, Катынский инцидент был включен советской стороной в текст обвинения. Ответственным был назначен все тот же Фридрих Аренс, к концу войны дослужившийся до полковника.
Но на суде его защите удалось без проблем доказать, что Аренс по роду деятельности не имел ничего общего с расстрелами. Он служил связистом и несколько свидетелей защиты подтвердили, что Аренс не мог иметь к эпизоду никакого отношения.
Международный трибунал признал невиновность немецкого ответчика по этому пункту и исключил Катынский эпизод из обвинительного заключения. Это фактически означало признание вины СССР в расстреле поляков.
Окончательно это позиция на Западе закрепилась в 1952 году, после того как сформированная в США комиссия из конгрессменов приняла заявление с обвинением СССР в Катынском расстреле. В СССР в ответ на это развернули масштабную пропагандистскую кампанию и от какого-либо дальнейшего сотрудничества в расследовании инцидента отказались.
Ситуация изменилась лишь много лет спустя. Во время перестройки в СССР совместно с Польшей была сформирована комиссия историков по трудным вопросам, которая с самого начала потребовала от советских властей предоставить документы, доказывающие правоту версии Бурденко. Но советская часть комиссии не располагала никакими новыми документами по этому вопросу, поэтому изначально отказывалась менять свою позицию.
Тем не менее, благодаря политике гласности в печати того времени развернулась широкая дискуссия относительно Катынского вопроса. И выводы экспертов зачастую оказывались не в пользу СССР.
Переломным стал 1989 год, когда историками вдруг были найдены документы со списками пленных поляков. Бумаги рассказали, что узники были этапированы из лагерей в Смоленскую область, где их передали в ведомство местного отделения НКВД.
Разбор документов показал, что списки отправляемых в Смоленскую область поляков точно совпадают с именами из немецкой «Белой книгой» по Катыни. Причем совпала даже очередность лежащих в могиле людей и имен из списка на отправку. Кроме этого, ни одно имя из приведенного списка в дальнейших отчетах НКВД не фигурировало, что значило только одно — весной 1940 года пленные были уничтожены.
Возможная публикация этих фактов заставила руководство СССР наконец признать вину государства в Катынском расстреле. Соответствующее сообщение с соболезнованиями в адрес польской сторон появилось на ленте ТАСС 13 апреля 1990 года.
Дальнейшее расследование дела восстановило реальный ход событий. 5 марта 1940 года Политбюро по предложению Берии постановило ликвидировать пленных поляков, так как они были признаны«неисправимыми врагами советской власти». Находящихся в Старобельском и Осташковском лагере расстреляли на месте. Еще примерно 7300 человек вывезли для расстрела на Запад Белоруссии и Украины. А 4421 пленный был отправлен именно в Катынь — туда, где их потом обнаружат немцы.
Приговоренных поляков свозили без каких-либо комментариев, поэтому многие из них до последнего думали, что их везут на родину, чтобы отпустить. Стреляли в затылок, предварительно связав руки. Пистолеты использовались как раз под обнаруженные немецкие патроны калибра 7,65 мм.
Кроме этого, расследование также показало, что комиссия Бурденко сознательно фальсифицировала доказательства в пользу невиновности советского руководства, а также силой выбивала из свидетелей ложные показания. Об этом следствию сообщили сами оставшиеся в живых свидетели в 1994 году.
Советские документы о Катынском деле были рассекречены лишь в 1992 году, уже при Борисе Ельцине, хотя Михаил Горбачев так же знал об их существовании. Вскоре после этого они были переданы польской стороне и опубликованы в журнале «Вопросы истории». Подлинность этих документов, окончательно доказывающая вину руководства СССР и лично Сталина, в научном сообществе не вызывает сомнений.
В 2010 году Госдума приняла заявление «О Катынской трагедии и ее жертвах», в котором признала полную ответственность Советского Союза за произошедшее. Против принятия данного заявления выступила лишь фракция КПРФ.
К большому сожалению, в российском обществе до сих пор существуют значительные группы людей, готовые отстаивать имя Сталина, даже несмотря на очевидные доказательства его зверских преступлений.

Веб-мани: R477152675762