Продажные судьи были всегда …

Коррупция в России существовала всегда. И даже высшая мера наказания не защищала от злоупотреблений чиновников. В обществе, в котором все были равны, всегда находился кто-то, кто хотел выделиться. Когда же власть проявляла политическую волю и желание искоренить поборы и взяточничество, коррупционеры действовали как преступная банда, покрывали друг друга, подкупали судей и снимали следователей. И все же некоторые хитрые цепочки распутать удавалось.

Суды в Советском Союзе менялись серьезно и часто. После событий 1917 года в судейском корпусе преобладало революционное правосознание. Из-за этого часто выносились абсурдные приговоры: за убийство "буржуя" - общественное порицание, а за отказ выйти на работу – расстрел. С течением времени судебные органы превратились в полноценный инструмент власть имущих, а их политическое значение изменилось.

Сложилась ситуация, когда каждое серьезное должностное лицо было обязано водить дружбу с каким-нибудь судьей, чтобы удержаться на своем месте и продвинуться дальше. Сначала судьи закрывали глаза на мелкие экономические нарушения, но к началу войны ситуация выходит из-под контроля – неожиданным образом закрываются дела о тяжких преступлениях, а судьи получают на руки десятки тысяч рублей (средняя зарплата по стране – 150 рублей) и дефицитные продукты в большом количестве.

Управлением милиции Ровенской области арестована за взяточничество быв. следователь Ровенской городской прокуратуры Мазина. Установлено, что Мазина получила взятки от директора государственной мельницы N3 г. Ровно Виюка — 470 кг муки за непривлечение его к уголовной ответственности по делу о расхищении муки; от владельца частного буфета в гор. Ровно Банникова — 8000 рублей за прекращение дела о нанесении им тяжелого ранения гр-ну Насенкову и от дезертира Побережного — 4000 рублей за прекращение на него дела".

К 50-м количество подкупов выросло до невероятных масштабов. Поток жалоб на судей был настолько огромным, что его стало сложно игнорировать и сваливать на "недовольство приговором".

"В процессе работы комиссией было установлено, что ряд работников Верховного суда Башкирии, а именно: члены Верховного суда Сайфутдинов, Каримов, Гильманов и зам. председателя Верховного суда Амирханов злоупотребляли служебным положением, брали взятки и за это освобождали от наказания уголовных преступников, вместе пьянствовали с осужденными и привлеченными к уголовной ответственности.

Проверки начали проводиться практически повсеместно. В Москве было арестовано 111 человек, среди них 28 судей. В том числе и председатель Мосгорсуда Васнев. С его арестом вскрылась цепочка преступлений, которые совершались годами.

Известен эпизод, в котором фигурировала член Московского суда Чурсина. Проживая с Васневым в одной квартире, Чурсина участвовала во множестве его преступлений, а также организовывала свои. Например, от наказания за взятку они освободили директора "Мосвинводторга" Николаева, который подкупил весь состав судей, рассматривавших его дело. Вечером после заседания Чурсина и остальные члены коллегии оказались у Николаева дома, где пьянствовали всю оставшуюся ночь.

Однако рычагом управления была именно коррупция. С одной стороны, у Москвы всегда был компромат на основных игроков в республиках, с другой – благодаря такой подпитке элита усиливала свои позиции.

Необходимость в "чистке" возникла из-за опасений Брежнева в ускорении центробежных сил в регионах. В помощь Андропову был прислан начальник КГБ Азербайджана Семен Цвигун. Он смог связать работу партийной разведки и возможности КГБ, усилив слежку за республиканскими элитами.

На некоторое время Алиева отозвали в Москву, но вскоре он вернулся. И вскрыл масштабную коррупционную схему: в Азербайджанской ССР все высшие должности можно было попросту купить. Цены в республике варьировались от 200 тысяч рублей за должность 1-го секретаря райкома партии до 30 тысяч за должность прокурора. Можно было купить должность начальника отделения милиции, стать министром коммунального хозяйства, ректором вуза.

Череда уголовных дел, к которым принято относить "хлопковую лихорадку", началась с ареста начальника Отдела по борьбе с хищениями социалистической собственности Бухарской области Музаффарова. Следователи поймали его "на живца": дававший взятку в тысячу рублей был оперативником.

Эта тысяча привела к несметным богатствам – при обыске у Музаффарова нашли наличных на сумму 1 131 183 рублей, редкие золотые монеты и изделия, бижутерию и украшения на сумму в еще полтора миллиона рублей. Фотографии "клада" демонстрировались на всю страну, а ценности показывали высшим должностным лицам на заседаниях как музейный экспонат.

Со смертью Брежнева для следователей и сотрудников КГБ открылись новые возможности. Расследованием дела Музаффарова занялся новый следователь по особо важным делам при Генпрокуроре СССР Тельман Гдлян, который раскрутил цепочку вплоть до 1-го секретаря ЦК КП УзССР Рашидова, руководителя агропромышленного объединения Адылова и ряда узбекских партийных деятелей и министров.

Через полгода, в том же 1983 году, Рашидов скончался. По некоторым данным, это было самоубийство. После его смерти были арестованы руководители нескольких хлопкоочистительных предприятий и директоров хлопкозаводов, в том числе Ахмаджон Адылов, крестный отец агропромышленной мафии, "король" Наманганской области. Следствие выяснило, что Адылов был правой рукой Рашидова и фактически занимался подбором кадров в высших эшелонах республиканской власти. В Ташкент прибыли сотрудники ЦК КПСС во главе с Лигачевым.

С арестом Адылова начались аресты в УВД региона, а показания начальников управлений привели следствие к начальнику МВД генерал-лейтенанту Эргашеву. Он узнал о готовящемся задержании и застрелился перед самым приходом наряда. При обыске в его тайниках нашли 10 миллионов рублей наличными и документы, подтверждавшие, что руководство МВД в полном составе было коррумпировано.

В "Хлопковом деле" стали появляться и первые жертвы расследования. Заместитель Эргашева Давыдов был найден с тремя смертельными пулевыми ранениями в затылок. Смерть была классифицирована как самоубийство.

Следователи одно за другим устанавливали местонахождения тайников коррупционеров, разбросанных по местным кишлакам. Цена украшений только одной группы тайников достигала 10-15 миллионов рублей.

К 1985 году стало понятно, что "Хлопковое дело" не может касаться только одной республики. Гдлян и Иванов пришли к заключению о существовании организованного сообщества партийного руководства, центрального МВД и советской мафии.

К моменту, когда был завершен сбор информации, Генеральным секретарем ЦК стал Горбачев. Генсек ужаснулся сделанным выводам и отправил в Ташкент Бориса Ельцина. В сентябре 1985 года он привез доклад о массовой коррупции и поддержал следователей.

В Узбекистане началась новая волна арестов, которая привела в Москву. Под наблюдение следствия попал секретарь ЦК КПСС Разумовский, заведующий сельским хозяйством Истомин, а также Лигачев, Соломенцев, Смирнов и Ишков – все члены Политбюро. Все эти люди брали взятки у Рашидова и других руководителей Узбекистана.

ЦК решил пресечь деятельность следственной группы. Уже отстраненный (вместе с Каракозовым) к тому моменту за слишком жестокие методы и "исполнение партийного заказа, а не законности" Гдлян попал под следствие. Пленум Верховного Суда СССР вынес частное постановление "о нарушениях законности" Гдляном.

К тому моменту Гдлян и Иванов уже стали народными депутатами СССР, поэтому для возбуждения против них дела была создана Комиссия, в результате работы которой Гдляна исключили из КПСС и Прокуратуры СССР. Уголовное дело против него было прекращено только в 1991 году.

 

Веб-мани: R477152675762