Станица Кущевская- это 35 000 мертвецов

4 ноября 2010 года в станице Кущевская Краснодарского края РФ были убиты 12 человек — три семьи, в том числе четверо детей. После этого в Кущевку съехалось руководство силовых структур страны. Вскоре банда Сергея Цапка, ответственная за это преступление, была нейтрализована. Как живет Кущевская спустя шесть лет после трагедии, пришел ли кто-то на смену цапковской группировке и что сейчас беспокоит жителей станицы, выяснял Роман Попков.

Шесть лет назад бойня в станице Кущевская потрясла всю страну. «Цапки», «цеповязы» — жутковатые на слух фамилии, звучащие словно заклинания гоголевской мертвой панночки, — стали именами нарицательными. И само название несчастной кубанской станицы стало обозначать любое место в России, где бандиты вместе с властью держат в страхе население.

Вообще-то мы приехали в Кущевку поговорить о Цапках, но оказалось, что людям эта тема гораздо менее интересна, чем то, что происходит в станице сейчас.

— Какие уже сейчас Цапки, людям на это давно плевать, они задавлены рушащейся экономикой. Эта так называемая социальная сфера задолбала, — эмоционально, с неподражаемым южным выговором, возмущается черноволосая Анна. Она из местных интеллигентов — аристократичная и нервная.

— У нас тут продукты дороже, чем в Ростове, дороже, чем в Краснодаре. Цены на коммунальные услуги — сумасшедшие. Пенсия у людей — 7200–7300 рублей, а за теплосети платим по шесть тысяч в месяц. Причем ночью с полуночи до трех иногда выключают отопление. Ночью дубеешь, не знаешь отчего. Трогаешь батарею, а она холодная. Это они так на людях экономят! И как я докажу что они выключают? Звоню по телефону в администрацию, а они буквально «посылают».

Днем мы ходим по кущевским улицам, оглядываясь по сторонам, выискивая следы бандитского террора и всеобщего страха. Люди неспешно идут по своим делам. Красивые девушки и парни, опрятные пенсионеры. Попадаются, конечно, и расхристанные алкоголики. Обычные жители обычного райцентра.

Но благополучной жизнь Кущевки назвать все же нельзя. Люди раздражены и подавлены. О дорогой коммуналке, растущих ценах и остающимися низкими зарплатах они говорят охотнее, чем о временах Цапков.

— Если завтра с моим мужем что-то случится, я буду вынуждена продавать дом: я не смогу платить со своей зарплатой за коммуналку в зимний период! А вы еще учтите, что есть двадцатитысячный налог на дом. Вот мы его сами восемь лет строили без всякой помощи государства, а теперь за этот дом государству должны платить. Мы не живем — мы выживаем, — говорит женщина средних лет, продавщица в магазине.

«Мы не живем — мы выживаем». Эту фразу в Кущевской приходится слышать очень часто. Рассказывают, что для пенсионеров основным лакомством стали куриные спинки — копеечный товар, почти что отбросы, в которых и мяса-то почти нет: хребет и плечики. Подъезжает машина, люди скупают толпой.

Полгода назад в станице закрыли хлебозавод, и хлеб здесь теперь привозной. Литейно-механический завод тоже закрыли.

Торговки на рынке показывают полупустые проходы между прилавками: «Видите, людей почти нет — нет денег ни у кого сюда ходить. Уже несколько лет с каждым годом все хуже и хуже. А уж в этом году так плохо, что хуже некуда».

В статье о Кущевке в «Русском репортере» в 2010 году была такая фраза: «Станица Кущевская — это 35 тысяч жителей и ни одного живого человека». Тогда многие СМИ писали о страхе, подавившем волю Кущевки, о нежелании местных общаться с прессой, о единственном ответе на любые вопросы: «Нам здесь жить, а вы уедете».

В 2016-м Кущевская не живее и не мертвее, не смелее и не трусливее всей остальной России. Соотношение соглашающихся общаться с журналистами и наотрез отказывающихся примерно такое же, как в любом провинциальном населенном пункте.

Здесь же могила полковника Павла Корниенко, возглавлявшего в 1990–2000-е годы кущевскую милицию. Он пытался давить находившуюся в стадии становления цапковскую группировку (методы были вполне себе кущевские: под его руководством милиционеры вывозили еще молодых Цапков в лес, заставляли рыть себе могилы и имитировали расстрел). Именно Корниенко составлял подробную справку-меморандум на преступную группу Цапка.

Но у Цапков в 2000-е уже были связи в прокуратуре и судах (сожительницей Коли Сумасшедшего была местная судья), и они научились успешно уклоняться от милицейских атак. А потом и Корниенко был заменен на своем посту милиционерами новой формации — гибкими и внимательными к своему карману. Они легко договорились с Цапками.

Полковник Корниенко умер в 2011 году — он все же дожил до разгрома банды.

В апреле 2014 года, пока вся Россия напряженно следила за событиями в Крыму, в Кущевской проходили акции протеста. Связаны они были, правда, не с геополитикой, а с рейдерским захватом местного храма. Этот храм, действительно производящий впечатление, выстроил по собственному проекту очень популярный в станице священник, отец Николай Запорожец. Однако у интеллигентного, любимого прихожанами священника вышел конфликт с епархией, и епископ Ейский и Тимашевский Герман прислал в Кущевку целый отряд монахов, которые при помощи казаков оцепили храм. Их целью был штурм, но отец Николай открыл ворота. Однако штурмующие опять их закрыли цепями и разрезали цепи болгаркой. Для чего? Жители Кущевки говорили нам, что приехавшим захватчикам нужно было обосновать свой приезд эффектными силовыми действиями, которые они снимали на видео.

Кущевцы устроили несколько стихийных выступлений, а потом провели митинг в защиту отца Николая. На сторону протестующих встал атаман станицы Алексей Марченко, который заявил, что в захвате храма участвовала «платная казачья дружина, которая служит за деньги, получает зарплату, а ее атаман… в Бога не верит, а был и остается коммунистом».

Успеха протестующие не добились, и храм, лишившись популярного священника (сейчас отец Николай служит в другой маленькой церкви), стоит теперь в запустении.

Власть они не любят, оппозицию знают плохо и ей не верят. А когда слышат, что «Путин достойно представляет Россию на международной арене», глаза загораются. Чтобы с ними разговаривать, важно осознавать всю ту бездну, которая отделяет интересы среднестатистического московского пользователя фейсбука от среднестатистического жителя Кущевки.

Жителя Кущевки, хоть вы тресните, не волнуют ни «Дети-404», ни в целом ЛГБТ-тема, ни бомбардировки Алеппо, ни попрание Путиным международного права, ни блокировки сайтов Роскомнадзором, ни «звенья гребаной цепи», ни любые политзаключенные.

Можно, разумеется, убить годы и тонны нервов, доказывая работягам, что все это каким-то образом связано с их бедами, что их беды, в том числе, и из этих проблем проистекают — скорее всего, ничего не докажете.

Для них важны простые и понятные вещи: чтобы не было запредельной коррупции. Чтобы менты не засовывали людям бутылки в задницы. Чтобы можно было защитить свои права в суде. Чтобы налоги людей не шли в карман Рамзану Кадырову.

Говорить с этими людьми о политике иной раз бывает опасно. Местного жителя Артема Мартыненко, пытавшегося организовать в кущевском кинотеатре показ фильма ФБК про сыновей генпрокурора Чайки, зверски избили меньше года назад. Потом он вынужден был уехать из Кущевки.

Веб-мани: R477152675762