Бегство в Германию

Семья Евгения и Луизы Мартенсов с десятью детьми, в декабре 2016 года уехавшая из Германии от уроков сексуального просвещения в Россию, на север Новосибирской области, вернулась — или, точнее, сбежала - назад в Северную Вестфалию. История, о которой говорили в духе «российские скрепы крепче западных», закончилась совсем не так, как хотели бы охранители.

Дом, где жил Евгений Мартенс с семьей, сейчас стоит пустой. Утром от людей, которые с ними плотно общались, я узнал, что они уехали в Германию, - говорит главный редактор местной газеты «Правда Севера» Ростислав Алиев. - Я бы сказал, что это был не отъезд, а бегство.

По рассказам Ростислава Владимировича, который помогал немецкой семье обосноваться в сибирской глубинке, Евгений Мартенс 10 дней назад улетел в Германию, чтобы подготовить к отправке контейнер с вещами. Ранее деревенским жителям он рассказывал, что их зовут поселиться в различных уголках России, в том числе и на юге, в Белгородской области.

С материальной точки зрения в Германии, конечно же, жить лучше. Там зарплаты и детские пособия гораздо выше наших. Здесь на их долю выпали сильные морозы, разбитый дом, еще и пьяные подростки, которые ходили мимо дома и кричали, чтобы оскорбить Мартенсов, нацистские приветствия. Все это могло ускорить их отъезд.

В Кыштовке признаются, что никто не ожидал столь быстрого отъезда немецкой семьи из села. Их считали политическими беженцами, которые выбрали свободу.

- После благополучной Германии наше село с пустующими, разваливающимися домами стало для них шоком, - говорит местный житель Андрей Павлович. - У нас ведь нет ни коммуникаций, ни культбыта, ни дорог. Туалет на улице, за водой надо ходить с ведрами к колонке, баня — у соседей. А у них дети - от полутора до пятнадцати лет. В доме, куда они заселились, двадцать лет никто не жил. Детям пришлось спать на матрасах, которые были расстелены прямо на полу.

Мы сначала думали, что они выбрали столь глухой угол намеренно, чтобы проверить себя. Мартенсы были настроены оптимистично, говорили: «Надо развивать район, приложим все усилия». А тут как раз морозы грянули под 40, лишний раз на улицу не выйдешь. Дети язык плохо знают, в школу не ходят, родители ратуют за домашнее обучение. А в доме облупленные стены, в полу — дыры, неустроенность, постоянно надо печь топить...

Кыштовку, самый отдаленный район Новосибирской области, Мартенсы знали лишь по рассказам друзей, с которыми Евгений познакомился летом, навещая родных в Новосибирске. Солнцевку, самую, пожалуй, процветающую деревню Омской области, откуда он уехал с родителями в начале 90-х, помнит только по радужному детству. Луиза – тоже бывшая омичка, жила в пригороде, поселке городского типа Лузино, где был в то время крупный мясокомбинат, кормивший всю область. Теперь стало ясно, что рассказы мало похожи на реальность.

– Я проехал по деревням, – Евгений округляет глаза, – сплошь и рядом разруха! Такое ощущение, что в райцентре стоят в ряд всякие администрации, где очень много начальников, а вокруг все разваливается. Ведь местные власти сидят на посту, чтобы делать все возможное для развития района, значит, и результаты такие же должны быть. Это в любой стране так! Но стоит войти в диалог с людьми, и картина проясняется: они мне, чужестранцу, жалуются, как им плохо, как самовольничает власть. Познакомился с человеком, который приехал из страны бывшего Союза по такой же программе. Но ему выплатили только часть денег, говорят, остальное кончилось. Это по государственной программе! Люди ничего не могут сказать хорошего о власти, хотя голосуют за нее, потому что не видят альтернативы.

Нас пригласили на встречу в управление образованием, на которой нас унизили! Я мастер-столяр, четыре года готовился в колледже и на курсах, могу брать учеников, у жены образование среднее, но она и воспитатель, и повар, и дипломат в одном лице. Этого, оказывается, мало, потому что у нее нет корочек и она не психолог! А они психологи? Нас позвала одна женщина, а там оказалось еще семь начальников. Это же непорядочно! Почему они ведут себя так, как будто выше людей?

По рассказам деревенских, сначала Евгений Мартенс, которого в Германии звали Ойгеном, хотел обустроить фермерское хозяйство и купить трактор. Потом у него стали постепенно открываться глаза. Он осознал, что землю арендовать не так-то просто, летний сезон в Сибири короткий, кредиты в банках под 25 процентов - грабительские. Потом Евгений решил открыть столярное производство, так как в Германии работал столяром. Но не учел, какие проблемы могут возникнуть со сбытом, от Кыштовки до железной дороги - 160 километров, кругом - Васюганские болота.

 

Веб-мани: R477152675762