За повторной лицензией Китай уже не придет, ибо Россия уже проиграла войну

Достаточно распространенным является убеждение в том, что ядерный потенциал РФ полностью нивелирует очевидное превосходство КНР в обычных вооружениях. Собственно, оно было отражено в пункте 8 военной доктрины Российской Федерации еще 2000 года (который почти дословно был повторен и в утвержденной в 2014 году новой версии доктрины): "Российская Федерация оставляет за собой право на применение ядерного оружия в ответ на использование против нее ядерного и других видов оружия массового уничтожения, а также в ответ на крупномасштабную агрессию с применением обычного оружия, когда под угрозу поставлено само существование государства".

Это недвусмысленная декларация готовности России первой применить ядерное оружие в случае нападения противника, превосходящего ее на конвенциональном уровне. Именно так следует понимать слова "когда под угрозу поставлено само существование государства".

Уместно, однако, повторить то, что еще более 15 лет назад мы отмечали в совместной статье с полковником В. Н. Цыгичко, обсуждая новоиспеченную военную доктрину на страницах журнала Министерства обороны "Военная мысль" (№ 2, 2001). "Безусловно, наше ядерное превосходство будет учитываться Китаем при принятии ответственных решений, но оно, к сожалению, не является радикальным средством сдерживания. Реальность такова, что сегодня порог "неприемлемого ущерба" для Китая несравненно выше, чем для развитых постиндустриальных стран и России. Этот трудно формализуемый параметр является производным не от характеристик систем оружия, а от цивилизационного типа общества, от ценности человеческой жизни в той или иной культуре. Китай может пойти на громадные человеческие потери ради достижения важных для него политических целей. Пример тому – китайско-вьетнамский конфликт 1979 года, когда отрабатывалась тактика "живой волны" и потери наступающих измерялись тысячами солдат каждый день.

А так как ядерная стратегия – это больше чем наполовину психология, то преимущество в этом психологическом поединке может оказаться не у той стороны, которая обладает более совершенным ядерным арсеналом, а у той, чья культура более терпима к масштабным человеческим потерям. Если в этом ракурсе взглянуть на потенциальный российско-китайский конфликт, то придется отказаться от иллюзорного представления о том, что угроза использования тактического ядерного оружия всегда способна сдерживать превосходящие конвенциональные силы противника. Большая готовность к жертвам позволит китайской стороне повысить ставки в этом ядерном покере".

За прошедшие 15 лет ядерный потенциал КНР заметно укрепился, и говорить о российском превосходстве в этой сфере уже нет никаких оснований. Как стало на днях известно широкой российской общественности, есть у китайцев и межконтинентальные баллистические ракеты, способные поражать любую точку на территорию России. "Эксперты" немедленно бросились радостно убеждать общественность, что ракеты эти нацелены на проклятых "пиндосов". Можно было подумать, что "эксперты" сами нацеливают китайские ракеты. Какая вообще разница, на кого МБР нацелены сегодня вечером? Важно, что они есть и об их возможностях прекрасно осведомлены в российском Генеральном штабе. Надо ясно представлять себе: если Китай окажется нашим военным противником, то это будет противник, впервые в нашей военной истории превосходящий нас на всех уровнях эскалации потенциального конфликта.

Итак, на наших восточных рубежах мы имеем следующую диспозицию. С одной стороны – депрессивный регион с убывающим населением и деградирующей экономикой, все более зависимый в своем жизнеобеспечении от южного соседа. С другой стороны – демографический гигант с бурно растущей второй экономикой мира, самая большая в мире сухопутная армия, регулярно проводящая учения, демонстративно имитирующие боевые действия на территории России. В ядерной сфере – даже не классическая патовая концепция взаимно гарантированного уничтожения, как в случае СССР и США в годы холодной войны, а ситуация, в которой возможное обращение к сценарию "радиоактивного пепла" не сулит ничего хорошего прежде всего российской стороне.

Внешний контекст: глубокая экономическая взаимосвязь Китая и США, растущий в американской элите синдром имперской усталости и готовность значительной ее части принять модель китайско-американского кондоминиума – большой двойки, что означает автоматическое признание Сибири и Дальнего Востока зоной привилегированных интересов Китая. В российско-китайских отношениях не было и не будет ни 22 июня, ни 9 мая. Это тягучий процесс, в котором российская клептократия давно уже прошла точку невозврата в своих отношениях с Китаем. Эти люди, по их собственному меткому определению, "продажные чиновники и ничего не предпринимающие предприниматели" – второй и третий эшелоны бывших партийной и гэбистской номенклатур. Ради своего личного обогащения они уже "слили" одно государство, которому присягали – Советский Союз, и создали уродливую, ничего не имеющую общего с рыночной мутант-экономику, позволяющую им непрерывно обогащаться. Для того чтобы собирать и в угаре тратить свои сокровища на том же Западе, который они всегда ненавидели и который они ненавидят сегодня еще больше – за свое историческое поражение, за уязвимость своих авуаров, за свое ничтожество.

Слив теперь Сибирь и Дальний Восток через "Программу сотрудничества на 2009–2018 годы" в зону жизненного пространства Китая, они отстранились от ответственности за судьбу региона, чтобы продолжать безмятежно вставать с колен и воевать на потребу своим фантомным имперским комплексам то с Грузией, то с Украиной. По этой программе Россия отдала в совместную разработку природные месторождения полезных ископаемых, из которых в Китае будет налажено производства железа, меди, молибдена, золота, сурьмы, титана, ванадия, серебра, германия, олова и т. п. Китай строит перерабатывающие производства и на российской территории, если на них будут заняты китайские рабочие. Примерно по такой же схеме Китай заключил в последние годы целый ряд соглашений с африканскими диктаторами. Та же программа предполагает расширение пограничных пропускных пунктов и "укрепление российско-китайского сотрудничества в сфере трудовой деятельности". Сразу же после ее подписания в Китае была создана госкомпания для инвестиций в сельскохозяйственное производство, предполагающих аренду/скупку земли в России.

Собственно, Китай получил все, что ему сегодня необходимо: лицензию на переваривание в течение продолжительного времени стратегического района, который находится за пределами его географических границ, плюс стабильные поставки энергоресурсов из страны, которую он будет переваривать. За повторной лицензией Китай уже не придет. Как справедливо подчеркивают пекинские военные теоретики, "эффективный контроль в течение длительного времени в конечном итоге приведет к переносу географических границ". Отныне игра будет вестись исключительно по китайским правилам.

Как справедливо отмечал томский автор Александр Лукьянов в 2009 году, "одной из причин эпохальных решений, принятых в Кремле, могло быть желание нынешнего российского руководства получить дополнительные гарантии устойчивости своей власти. Китайские лидеры должны понимать, что в случае смены власти в России любое правительство, которое придет на смену нынешнему – будь оно либеральным, коммунистическим, националистическим, красным, белым, зеленым или серо-буро-малиновым в крапинку – немедленно поставит вопрос о пересмотре условий "сотрудничества", столь выгодного для Китая, но прямо противоречащего национальным интересам России. Таким образом, Китай становится субъектом, непосредственно заинтересованным в том, чтобы власть в России и далее оставалась в руках группы физических лиц, столь великодушно уступивших ему ресурсы".

Поставить вопрос новое правительство, если оно когда-либо появится, конечно, попытается. Но сможет ли оно при уже сложившихся экономических и военно-политических реалиях что-либо изменить? Россия пока сохраняет формальный административный контроль над огромной территорией Зауралья только потому, что на данном этапе ее поглощения наследникам империи Юань так технологически удобнее. 24 января 2017 года заявлением Пескова правители Московии публично подтвердили, что они это геополитическое обстоятельство с мудрым смирением принимают.

Веб-мани: R477152675762